Командир встал и принялся ходить из угла в угол палатки, тщательно обдумывая услышанные слова. К моему счастью, пистолет он спрятал обратно в кобуру. Что ж, значит убивать не собирается. По крайней мере, сразу... В воздухе повисла напряженная тишина.
-«Знаешь, Максим, я ведь раньше работал в КГБ. После развала СССР меня отправили работать к черту на кулички. Там проработал пятнадцать лет, выжимая из подлецов, предавших нашу страну, все данные до капли. Я видел многое и знаю много. И знаешь - я тебе верю. От наших разведчиков поступала информация о поддельных военных, которые увозят людей в неизвестном направлении. Правда засечь местоположение их базы нам до сих пор не удалось, но после твоего рассказа, у нас уже есть что - то. Давай я обрисую ситуацию, происходящую в настоящее время. После нескольких взрывов, уничтоживших несколько стран, правительства всех стран были собраны на экстренное собрание, в ходе которого был заключен союз по противодействию террористической организации, во главе которой находится ублюдок, называющий себя Творцом. По всему миру были созданы интернациональные отряды, выискивающие эпицентр распространения этой заразы. Пока, мягко говоря, успехи остаются скромными. До этой местности радиация еще не успела добраться, но, уверяю тебя, уходить отсюда не стоит. Сдается мне, что ты давненько не интересовался новостями. Было совершено еще две диверсии, в ходе которых погибли несколько миллионов человек. Разрушены крупные города по всему миру. Здесь уже не приходится выбирать, где свой, а где чужой. Это самая опасная террористическая организация за всю историю человечества и чем дольше мы ищем пути спасения, тем больше будет смертей. Ты сможешь показать дорогу к поддельной базе?».
-«Не знаю, если честно. Я бежал в потемках, к тому же, плохо ориентировался в лесу, а голод и слабость делали свое дело».
Виктор встрепенулся и на секунду вышел из палатки, что - то приказав мимо пробегающему солдату. Спустя мгновение тот принес мне целую тарелку гречневой каши с огромным ломтем черного хлеба. Желудок жалобно заурчал.
-«Поешь, а потом мы продолжим разговор. Надо передать твою информацию. К сожалению, из - за высокой радиоактивной зараженности, радиоволны постоянно прерываются, но порой все- таки удается связаться со штабом. Пойду еще раз попробую» - с этими словами Виктор вышел, оставив меня наедине с собой. Я, немедля, набросился на кашу, практически не прожевывая. Истощенный организм с благодарностью принимал пищу. Кажется, такой вкусной гречки я еще не ел никогда в своей жизни. Отложив пустую тарелку, пересел на кровать. Меня начало клонить в сон. Глаза словно были налиты свинцом, заставляя не противиться наступающей дремоте. Таким образом, незаметно для самого себя, я заснул, распластавшись на чужой кровати. Мне снилось, будто мы с Аленой были на природе. В воздухе стоял приятный запах готовящегося шашлыка. Жена сидела на расстеленном на траве покрывале, щурясь от яркого солнца и призывно махала мне рукой. Мясо скворчало на углях, постепенно покрываясь хрустящей корочкой. Еще немного и будет готово. Птицы без остановки распевали свои трели, изредка пролетая над головой, словно следя за нами. На душе было тихо и спокойно - размеренная жизнь всегда приносит умиротворение и удовлетворение. Я улыбнулся Алене, помахав в ответ и показывая жестами, чтобы та доставала посуду - мясо будет готово с минуты на минуту. Внезапно вдали среди деревьев послышался громкий выстрел, заставивший птиц испуганно взмыть в синее небо. Жена подскочила, испуганно озираясь по сторонам. Снова раздался выстрел, отдавшийся эхом на местности. Супруга вздрогнула, удивленно смотря на медленно расплывающееся кровавое пятно в районе своего живота. Сердце на секунду замерло, покрывшись ледяной корочкой. Я отбросил шампуры, бросаясь к Алене. Угольки из костра выпали из мангала, весело пожирая сухую траву. Неизвестный стрелок скрывался среди деревьев, но мне был не до собственной безопасности.
-«Максим... Макс...»- раздался ее угасающий голос. Мир двигался словно в замедленной съемке. Тело Алены оседало на землю, а из губ вырывался тихий крик. Все потемнело на секунду и тот час же перед глазами предстал матерчатый потолок палатки. Рядом стоял Виктор, тормошивший меня за плечо.