- Господин! Прекрасные госпожи! Вас просят спуститься вниз. Карета готова для поездки на винодельню.
Вещи Оксаны оставили пока в комнате. Администратор заверил, что новые покои для оставшейся без жилья девушки будут готовы к возвращению группы.
Карета оказалась похожей на дилижансы из исторических фильмов. Большая десятиместная, запряженная шестеркой лошадей. Алина смотрела в окно на проплывающие мимо окна холмы и думала. О себе, о Лесе. Наверное, было между ними что-то общее. В поведении. Было время, когда Алина тоже искала малейший повод для драки. Цеплялась к словам, намеренно провоцировала на эмоции. В основном – на негативные. Лишь бы выплеснуть постоянно копящееся раздражение. Леся делала то же самое. А значит – она несчастный человек. Глубоко внутри под всем этим лоском и макияжем ей больно. Но это не оправдывает хамства или заносчивости. Это просто бессилие и замкнутость на себе.
На экскурсию Леся не поехала, чему была рада не одна Алина. Оксана в отсутствие подруги раскрылась и теперь общалась весьма легко со всеми. В какой-то момент могло показаться, чтоб ей тоже без Леси комфортнее.
Глава 5
На экскурсию Леся не поехала, чему была рада не одна Алина. На винодельню они прибыли ближе к обеду. А музыку услышали еще на подходе. На Великой Равнине сейчас праздновался сбор урожая винограда. Более удачного времени для путешествия сюда придумать сложно.
Виноградники выглядели чудесно. Длинные рельефные ряды кустов идеально ровными рядами разбегались по холмам. Огромные грозди в половину человеческого роста висели, подпертые рогатинами, иначе они обязательно лежали бы на земле. Ветви не смогли бы выдержать их тяжести.
Алина до этого дня всегда думала, что ни разу в жизни не наедалась винограда досыта. В России это удовольствие было не самым дешевым. А здесь каждая гроздь весила не менее семи-восьми килограммов, и первая же из них даже не почувствовала особого облегчения после набега ограниченной ранее в потреблении винограда девушкой.
Посреди двора был установлен большой деревянный чан, в который работники сгружали собранный виноград. Кто-то принес стул без спинки и установил его перед чаном. Вокруг начал собираться народ. Мужчины, женщины. Молодые и постарше. Некоторые стелили прямо на земле покрывала и садились на них. Другие переминались в предвкушении чего-то явно интересного и все возбужденно переговаривались между собой.
Анны Викторовны и ее супруга на поляне не было. На вопрос Алины гид ответил, что они предпочли удалиться и посидеть на террасе гостевого домика, потому как действо, готовящееся во дворе, было не по ним. Какой-то мужчина вышел в центр и сел на стул, зажав между коленями небольшой барабан на длинной ножке.
- Что здесь будут делать? – Алина заинтриговано выглядывала из-за плеча гида.
- Вино. И не только. Посмотрите. Это очень интересно. Но на заключительную часть вечера я бы порекомендовал вам уйти на террасу гостевого домика и спокойно выпить там чаю с другими туристами из нашей группы.
- Почему?
- Зрелище будет очень… эммм… откровенным.
Алина не успела расспросить гида поподробнее. Мужская ладонь хлопнула по расписной поверхности барабана. Раз, другой. Сначала не спеша. Затем единообразные тяжелые удары разбавились более легкими и краткими. Они разорвали ритм и наполнили пространство вокруг игривостью. Музыкант добавлял в вязь все новые выстукивания, щелчки и удары.
Наверное, во всех мирах и во все времена барабаны звучат примерно одинаково и имеют одинаковый магический эффект на тех, кто слушает. Именно такие барабаны. Этнические. Обтянутые кожей, расписанные каким-нибудь народным орнаментом. Барабаны, страстно звучащие под руками мастера, для которого их звук складывается в целую жизнь. И кажется, что эти барабаны волшебно звучат в ритме именно твоего сердца.
В это время в огромный чан с виноградом залезла одна из женщин. Прямо голыми ногами на круглые сине-черные ягоды. Мужчины вокруг встретили ее одобрительными возгласами и аплодисментами. Они выкрикивали какие-то фразы, приветствуя ее, а она улыбалась. И танцевала. Босые ноги сминали виноградные грозди. Окрашивалась в бордо кожа стоп и щиколоток. Из-под высоко подоткнутой за пояс юбки видно было икры и иногда даже колени. Женщина раскраснелась. Молодая, пышногрудая, красивая. Она обжигала взглядом мужчин вокруг, встряхивала юбкой, подол которой теперь сплошь был покрыт бордовыми росчерками.