Мышеловка захлопнулась. За спиной Алины щелкнул дверной замок. Ключ провернулся два раза.
Она в каком-то оцепенении оглядывала изысканное убранство комнаты. Хозяин не скупился обустроить все для удобства гостей. Мягкий ковер под ногами, свечи в высоких канделябрах, стоящие около входа, огонь в камине, освещающий комнату рыже-охристым светом, светлые занавески, слегка колышущиеся от ветерка, звуки сада, доносящиеся через открытое окно, сервированный вином и фруктами прикроватный столик и, собственно, сама кровать, стоящая на небольшом возвышении. Огромная, как аэродром. В полкомнаты. С балдахином, резными ножками. Вся усыпанная подушечками, утыканная рюшами и благоухающая лавандой.
- Значит, Чари, верно? Звезда зала утех! – спросил мужчина. – Чем же ты так знаменита?
Он обошел Алину, поднялся к кровати и принялся раздеваться.
Сбросил на прикроватную тумбу светлый камзол, отстегнул булавку, а затем развязал шейный платок. Он стоял спиной к Алине. Вот поднялись руки, схватили рубашку за затылком и стянули через голову, обнажив спину и покрытые шрамами плечи.
Какой он огромный! Мало того, что высокий, так еще и спина как у быка. Широкая. Руки такие, что придушит разом и не сильно напряжется. Она помнила, как он приложил погонщика лбом об решетку так, что кровь залила все лицо. Он сделал это легко, просто поймав гада в нужный момент, при всем при этом сидя в клетке в кандалах и цепях.
Алине от него не отбиться. Скрутит и возьмет все, что ему хочется. Зачем спрашивать у шлюхи разрешения?
Нет. Она так не может. Она не шлюха! Алина больше не может это терпеть. Она сбежит сейчас. Окно открыто. Спрыгнет. Всего второй этаж. Ничего страшного. Зря она в детстве по гаражам что ли бегала? Главное добраться через сад до забора и не попасться охране. А уж через забор она перелезть сможет без труда.
Огреть этого мужика по башке, чтоб шума не понял.
Мужчина был занят. Расстегивал пуговки на штанах. Вздымались от движения рук бугристые мышцы на спине. Сейчас! Не заметит. Не поймет. Не успеет!
Алина стянула со столика за горлышко бутылку вина и на цыпочках скользнула вперед.
Рука с бутылкой замахнулась, целясь по голове мужчины. Алина ударила, постаравшись вложить в удар всю силу, на которую была способна.
Мужчина скользнул в сторону так быстро и неожиданно, что Алина по инерции врезалась в тумбу. Бутылка прилетела в стену и разбилась, оставив на гобелене яркое кроваво-вишневое пятно. Мужчина схватил Алину как разбесившуюся кошку – за шкирку, и швырнул на кровать.
Алина вскочила, и бросилась в сторону открытого окна, в отчаянии пытаясь спасти остатки своего дурацкого плана. Гость поймал ее за лодыжку и подгреб под себя в одно движение.
Она барахталась в подушках и рюшах как попавшаяся в сети лягушка. Сверху придавило тяжелое словно каменная плита тело.
Все. Кончилось ее везение.
Она взвизгивала и отмахивалась, стараясь попасть ногтями ему в глаза.
- Заткнись, дура! – рыкнул мужчина, зажимая ей рот своей ладонью. – Кошка драная!
Она засопела, дрожа от гнева и отчаяния, зажатая намертво в его руках, как в тисках.
- Вздумаешь выдать меня, убью!
Он все-таки помнит! Сучий потрох! Алина укусила его за ладонь. Мужчина зашипел от боли, но добычу не выпустил. Бей в пах, учили ее. И это срабатывало много раз раньше, но не с этим мужчиной. Он блокировал ее колено. Не согнуть, не двинуть.
- Ненавидишь меня? – спросил он участливо, глядя в ее полные злости глаза. – Я настолько уродливее других твоих гостей, что ты решила снести мне голову и сбежать?
Алина рыкнула сквозь зажатые губы.
- Знаешь, это не идет на пользу мужскому самолюбию.
Козел! Он еще шутит и издевается!
- Да, и я не тот, кто станет совать свой член в первую попавшуюся выгребную яму вроде твоей промежности. Так что заткнись!
Алина затихла, не понимающе моргая.
Мужчина быстро оглядел комнату, уперся взглядом в опору балдахина, довольно хмыкнул и отвязал шелковый подхват, удерживающий полог. Мужчина подтянул Алину к краю кровати и смотал ее запястья шелковой веревкой. Алина в изумлении наблюдала за его действиями, а потом ее прорвало.