Каждый день просрочки уменьшал шансы найти Диму живым. А может быть, все иначе. Вдруг он смог сбежать и сам и теперь искал Алину. Но в реальной жизни принцессы должны делать половину работы наравне с принцами. Она готова была. На все. А для начала нужно было помириться с Лесей и посоветоваться с Рохо по поводу оттиска.
- Что тебе нужно? – Леся сердито терла куском серо-бежевого мыла подол своего форменного платья.
- Поговорить, - Алина положила на полок в прачечной пару своих платьев, которые она назначила на сегодня «грязными» специально, чтоб встретиться с Лесей.
- Фу! Воняет каким-то дерьмом! – Леся понюхала свои намыленные пальцы и брезгливо швырнула мокрое платье в чан с водой.
- Это обычное хозяйственное мыло. Очень похоже на наше. И отстирывает отлично.
- Я знаю, что это хозяйственное мыло! Это не мешает ему вонять грязной задницей! Задолбала! Считаешь себя умнее меня? Хватит заговаривать мне зубы. Чего хотела?
- Мне нужна твоя помощь.
- Помощь?!! Ты так легко забыла обо мне. Получив подарки, смоталась на второй этаж!
- Не забыла. Я все это время думала, как нам выбраться отсюда. И нашла способ. И для этого мне нужна твоя помощь.
- И как мы сбежим? Куда пойдем? Ты с ума сошла? У нас нет денег!
- Можно сказать, я уже решила это.
- Своего нового покровителя «потрясла»? – понимающе хмыкнула Леся. – Ну, молодец! Только это нам не поможет. Далеко смогут уйти две одинокие бабы в этом мире?
- Мы должны! Здесь нам жизни не будет. Ты готова всю жизнь предохраняться тряпочкой с уксусом и принимать клиентов? Нет? А получить венерическую болячку и лечить ее ромашкой хочешь?
Леся содрогнулась, представив все это.
- Вот, я тоже не хочу! А значит, мы должны попытаться. И у меня… - Алина осеклась, вдруг поймав себя на мысли, что не хотела бы рассказывать Лесе о договоренности с Рохо. По крайне мере, не сейчас. – У меня есть мысли, как все устроить.
- Какой? Используешь своего богача?
- Я позже расскажу. Сначала нужно все обдумать.
- Собираешься использовать меня в темную? Да, пошла ты!
- Не кричи! – Алина схватила Лесю за плечо. – Девчонки сбегутся.
- Тогда расскажи! – вырвалась Леся. - Не хочешь? Так я и знала! Используешь, а потом бросишь тут, а сама сбежишь?
- Ты меня с собой не путай! Не сбегу.
- Ты уже сбежала и поселилась среди элиты.
Разговор замкнулся. Леся стояла напротив Алины, скрестив руки на груди. От великолепного маникюра на руках «королевы» не осталось и следа. Нарощенные ресницы все выпали. Корни волос отросли, обнажив темно-русую подноготную. Только татуаж бровей еще держался последним оплотом былого Лесиного лоска. Она выглядела потрепанной.
- Среди элитных шлюх? Ты слышишь, что говоришь? Не велика разница – продавать себя одному клиенту или разным. Суть-то все равно одна. Так что радуйся, что ты простая служанка! Говорю же, позже расскажу. Я еще сама не все поняла.
- Пусти! – дернулась та – Я подумаю.
Спустя неделю Леся все еще «думала». Для Алины все было предельно ясно. Ей места в этом мире не было. Ей всегда претила торговля собственным телом. Ярким фонариком горела в памяти фраза, брошенная воспитательницей в детском доме об одной из старших воспитанниц, о том, что, когда ума не хватает, торгуют телом. Да, в этом мире свои правила. Он патриархален до мозга костей и шовинистичен. Убеждение, что женщина не может предложить ничего ценного кроме промежности и пары своих грудей мужу на забаву, да детям ради вскармливания, колосилось и цвело в обществе подобно щедро удобренному палисаднику. И дом удовольствия добавлял свои «цветочки» в общий «букет». Женщина здесь – как отхожее место: справил сексуальную нужду и забыл. Женщина нужна, чтоб ублажать, чтоб богатым почтенным мужам скуку разбавить и самолюбие потешить. Алине было противно. Она считала, что в ее жизни уже было достаточно грязи и ошибок, чтоб идти еще и на сделку с совестью, лишь бы выжить и устроиться в этом мире. Выжить – да, а обустраиваться здесь Алина не собиралась