Глаза немного привыкли к свету, и я оглянулся. Оказалось, что спал я в кладовке под лестницей.
У меня уже небольшая коллекция собралась из странных мест моих ночных прибываний.
- Пацы, я курить, - без лишних слов я накинул парку и кроссы, и подошёл к входной двери.
- Я с тобой, - кинул мне вдогонку Егор, и поспешил выйти следом
Мы выходим с другом на улицу...
И вот тут-то я охуел.
1.1.
Саша
- Пиздееец, ты долбоёб..., - Егор немигающим взглядом смотрел на мою машину, а я всё ещё пытался вспомнить - Нахрена?!
Нахрена я уделал так свою тачку???
Из домика выполз Костя, завёрнутый в одеяло и тоже встал, как вкопанный у машины.
- Твою мать!, - выдавил друг, и, повернувшись в сторону домика громко крикнул, - Тая, сюда иди!
Вскоре вышли Тайка, Мила и Игорь, ребята прошли ближе, Милка закрыла рот рукой, выпучив глаза, а Игорь начал ржать, за ним и Егор не удержался.
Только мне, блядь, было не до смеха.
-Тая?!, - Костя вновь повернул голову к своей девчонке, но та так и не решалась подойти ближе.
- А что "Тая"? Он сам просил!, - быстро выпалила розоволосая оторва и снова прикусила язык.
- А нахрена?, - тихо спросил я осипшим голосом, повернув голову к Тайке, может хоть она знает, зачем я просил изуродывать мою тачку.
- А я помню, что ли? Ты сказал, тебя задолбало быть юристом, и ты теперь будешь шрифом...
У Егора началась истерика, Тая тоже нервно хихикнула, а я вновь перевёл взгляд на свою машину.
Коп, значит...
Моя Mazda, вчера ещё белого цвета, была вся расскрашена из разноцветных баллонов, как патрульная машина полиции США... На водительской двери - значок шрифа, на крыше - имитация проблесковых огней...
Общий ржач стоял в моих ушах.
Блядь.
Угораздило же подружиться с чокнутой художницей. Хотя, если мне что-то впёрлось в бошку, я всё равно бы это сделал, хоть маркером, но сделал бы... Правда, маркер можно отмыть. А это теперь чем оттирать, я понятия не имею.
Покурив, одну за одной две сигареты, я вернулся, наконец, в домик. Катюха ещё спала наверху, Мила уже делала кофе.
Отдохнули, блядь.
- Блин, Сань... Ну прости..., - Тая подошла сбоку и положила руку на моё плечо.
- Да не парься, всё норм. Зато мне теперь в пробке будут дорогу уступать!
Конечно, я не держал на Тайку зла.
Сам же просил.
Память медленно восстанавливалась, и я помню, как сам показывал ей, где рисовать звезду шрифа, а так же старательно помогал закрашивать капот чёрным.
Перепились мы вчера мощно.
Ко времени нашего художества, почти все уже спали. Это нам с Тайкой вечно не сидится на жопе ровно. Даже не знаю, кто из нас более шибанутый. Хорошо, что знакомы мы не так давно, а то сидели бы уже в "дурке", на пару.
Моя голова трещала, и я налил себе немного виски в стакан, чтобы унять головную боль.
К обеду уже почти все разъехались, Егор тоже вызывал уже такси, ему нужно было возвращаться к своей беременной жене. Мила и Игорь всё ещё убирали дом, Костя уже закончил и пошёл в душ, а я гуглил, как смыть баллон с тачки. Праздник был окончен, все сейчас разлетятся по домам.
- Ладно, ребят, я погнал!, - Егор направился к выходу, вдруг остановился возле меня и, положив руку на моё плечо, серьёзно произнёс, - До встречи, офицер.
- Лаврентьев, блядь!
И мы от души посмеялись.
Как же возвращаться-то?
Батя дома, будет троллить меня, пуще парней.
Отец у меня клёвый.
Ему сорок три, он отлично выглядит, занимается спортом, следит за питанием и вообще не отстаёт от жизни.
"Батя в тренде" - так мы называем его с парнями.
Говорят, мы очень похожи.
Ну так то да...
Мать бросила отца уже давно, за то, что тот был невыносимым бабником.
Кутил так, что все на ушах стояли.
Она его ненавидела.
Но мне её ненависть не передалась.
Батя всегда уделял мне много времени, брал с собой в отпуск и дарил дорогие подарки. Когда мне исполнилось одиннадцать, я сказал матери, что хочу жить с отцом.
Она была не довольна, кричала, что я не благодарный, и что все мы одинаковые.
Но уйти позволила.
Наверное потому, что я сильно напоминал ей его...
И всё.
Моя жизнь с тех пор стала походить на рай.
Батя делал всё для меня.
Никакого контроля, никакого дозора.
Отец давал много денег на карманные расходы и никогда не лез с нравоучениями.
И я тянулся.
Хотел быть похожим на него.
Батя всегда поддерживал меня во всём и никогда не осуждал.
Когда мне впервые надрали зад во дворе, отец отвёл меня в секцию по боксу. Долго я не занимался, но драться научился. А когда у меня появилась первая девушка, и я позвал её к себе, отец спецом ушёл на всю ночь, предварительно положив презирвативы на мою тумбочку. На восемьнадцатилетие он подарил мне машину. Папа всегда знал, что надо делать.
Батя был реально в тренде.