— Хи-хи! — визгливо засмеялся Мацуля. — На обработку! В Москву! Хи-хи!
— Пик! Ходи, чучело!
— Челис едет, — сказал Шкарлацкий.
— Да, он и есть! — подтвердил его брат, морща подбритые брови.
Челис ехал, стоя на подножке грузовика, одной рукой ухватившись за дверцу кабины, а в другой держа лопату. Грузовик затормозил перед бараком, где раньше помещалась дирекция.
— Эй, Челис! — крикнул кто-то из компании Выжика. — На что тебе лопата? Воду хочешь ею перегонять? Иди сюда!
Выжик усмехнулся с милостивым одобрением. Медленно тасуя карты, он сквозь лениво опущенные ресницы смотрел на великана Челиса. Мацуля наклонился и что-то шепнул ему на ухо. Выжик кивнул головой.
— Что это у тебя морда так вытянулась? — хихикая, спросил младший Шкарлацкий.
Челис послушно подошел ближе. Его башмаки и штаны внизу были облеплены желтой жижей, трикотажная рубашка взмокла от пота и липла к груди, неумытое лицо словно почернело. Между холмиками мускулов на плечах торчала низко остриженная голова с лошадиной челюстью.
— Оттуда еду, — он указал рукой в сторону новой стройки. — А Илжек там остался. И Вельборек. Они ждут…
Мацуля подмигнул Выжику и взял в руки газету, которую отложил Шкарлацкий.
— Чего ждут, чучело? — Выжик дернул плечами и сдвинул со лба шапку, открыв густые, лоснящиеся волосы, свисавшие до тонких бровей. — Холера! Люблю таких! Велит им партия вылакать всю воду из ям, так и вылакают, ей богу! Дерьмо!
Челис переступил с ноги на ногу. В башмаках у него что-то хлюпнуло.
— В дирекции заседание, — сказал он шопотом. — Может, что и надумают.
От грузовика подошел Котковский, румяный невысокий зетемповец из бригады арматурщиков, приехавший вместе с Челисом. Он сел на ступеньку и достал из кармана папиросу.
— Сказали, что будет общее собрание, — пояснил он. — Объявят результаты обследования. Ведь до сих пор никто ничего не знает, псякрев!
Челис испустил тяжелый вздох.
— Товарищ Кузьнар сильно огорчится, — сказал он, качая головой. — Ведь постоянно мне твердил: «Копай, Челис, копай! Здесь должны стоять дома». А тут — вода! Ох, какое это для него будет горе!
— Ты о себе заботься, чучело! — заметил Выжик. — Теперь за тебя возьмутся!
Челис с недоумением и тревогой заморгал белыми ресницами.
— Верно! — подхватил Мацуля, выглянув из-за газеты. — Вот тут пишут, что ты обязан явиться в милицию.
— Где это? — полюбопытствовал Котковский. Но Мацуля незаметно ткнул его кулаком в бок.
— А вот здесь, — указал он пальцем на заголовок в третьем столбце. — Ясно сказано: явиться по делу о нанесении ран. Тот, кого ты избил, очухался, вышел из больницы. И теперь тебя ищут. Вот тут напечатано черным по белому: Челис.
Челис позеленел.
— Что ты, Мацуля! — пролепетал он. — Ведь я его только…
Он проглотил слюну, с ужасом глядя на сидевших, глаза у него стали совсем круглые.
— Полно вам!.. — неуверенно буркнул Котковский.
Мацуля скорчил удивленную гримасу.
— А ты и не знал, Челис? — Он меланхолически покачал головой. — Ну, смотри сам: какая это буква? Не видишь? Читай.
— «Че», — объяснил старший из братьев Шкарлацких. — Ясно, как день.
— «Че», — торжественно подтвердил Мацуля. — Гляди, читай: «Челис, разыскиваемый милицией».
Челис отступил на шаг. Он дрожал всем телом, губы у него побелели.
— Нет… Не пойду… Илжек говорил, что…
— Илжек тебе не поможет, — с усмешечкой протянул Выжик, сонно глядя на Челиса из-под своих девичьих ресниц. — Посидишь годика два-три, чучело, а потом тебя выпустят.
— Ну, ребята, берите его! — бросил он сквозь зубы, подавая знак Шкарлацким.
С коротким криком Челис сделал движение, как будто хотел бежать. Но оба Шкарлацкие, Мацуля и двое остальных зашли ему за спину и стали оттеснять его к стене клуба. Обступив Челиса полукругом, они напирали все больше. Мацуля, приседая на корточки, изображал собаку, лаял и скалил зубы.
— Челис! — с беспокойством позвал Котковский, встав со ступенек.
Но Челис, видно, уже его не слышал. Он стоял, прижатый к стене, и мотал головой во все стороны. Тяжело дыша, он неуклюже заслонялся могучей мускулистой рукой.
— Пустите! — молил он, пряча за спину лопату. — Ну, пустите…
Зрелище было такое забавное, что даже Котковский засмеялся. Выжик весело засвистал.
— Мацуля, бери его! — скомандовал он. — За ноги! А вы — за руки! Живо!
Они услышали шум борьбы и чей-то высокий, резкий крик.
— Сволочь! — выругался один из Шкарлацких, отскочив.