— На ловца и зверь бежит, — сказал, сжимая кулаки и едва приметно сгибая колени. Хотелось молча кинуться в драку, но помня об общении с корпоративной полицией решил не начинать первым. Не сейчас, когда они все на нейросети пишут и камера над воротами ангар работает.
— Слышал, у вас случились неприятности, побили злые люди, — посочувствовал агитатор. Очень так фальшиво и демонстративно посочувствовал.
— Не довелось почувствовать, — ядовито, насколько мог, усмехнулся в ответ. — Не то что ваши бычки, — демонстративно оглядел квартет.
Те и без того на пределе оказались. Стояли с красными рожами и недвусмысленно сжатыми кулаками. Даже и провоцировать не пришлось, какая там спичка или запал, когда на ровном месте самовозгорание произошло.
— Вот прямо и сейчас почувствуешь, — отбросил политесы Представительный и вытащил активированною глушилку.
Большего мне и не требовалось. Рванул вперед, на ходу срывая с пояса станнер. Выстрел в агитатора отвлек телохранителя. Выдернул он его из-под огня, но свой станнер на секунду позже достал. Бычки меня массивными тушами прикрыли. Пришлось ему вперед рвануть. Я же за это время успел бритоголового по ушам хлопнуть, закрепил прошлый урок, и кадык второму повредить. Не смертельно, но хрипел он бодренько, страшненько, а главное из драки выпал. Охранник агитатора пальнул в спину своему же, расчищая сектор обстрела, но не учел скорости моей реакции.
Поднырнул под оставшегося здоровяка. Саданул того в пах головой. Тут же присел и прямо между ног сгибающегося бычка выстрелил в телохранителя. Тот не успел увернуться и свалился на пол. Успокоил держащегося за причинное место бычка выстрелом в ухо и рванул к агитатору. Тот судорожно пытался отключить глушилку, но пальцы его не слушались.
«Ха — выдохнул, нанося боковой удар по бедру Представительного. Мало того, что это само по себе очень больно, так я ему еще и кость повредил. Он рухнул и заскулил, пытаясь ползти. Окинул разбросанные тела взглядом, осмотрел пустой коридор. Нормально.
— Третий раз повторять не стану, — поднял за шкирку скулящего агитатора, пытающегося изобразить из себя улитку-спринтера, — не лезьте ко мне и я не начну войны. Все что я хочу — заработать денег и свалить отсюда. Сделайте ради меня временное исключение и никто больше не пострадает. Ты все понял? — Встряхнул потерявшего весь лоск Представительного.
— Д-да! — проблеял он, крутя выпученными от ужаса глазами.
— Надеюсь, — прорычал и отпустил начавшего пованивать засранца.
Приподнявшийся на локтях телохранитель, удивительно быстро преодолевший паралич мышц, получил пинок в лицо, перекувырнулся и шлепнулся на спину. С трудом удержался от того, чтобы хоть по кисти откинутой руки пяткой не топнуть.
«Нет, таким дерьмом не стану», — сказал себе и пошел к глушилке. Отключил ее и швырнул в спину агитатора. Он мало что соображал и, получив увесистым прибором по хребту, лишь быстрее пополз.
Не приходилось сомневаться в том, что драка готовилась заранее. «Скоро явятся корпоративные полицейские», — сказал себе, поморщившись от предстоящего фарса. Иллюзий насчет честности и объективно корпсов [В узком смысле — жаргонное наименование корпоративной полиции, в более широком — любых служителей правопорядка] не питал, потому заранее приготовился к расходам. Отправил заявку на кредитную линию в Имперский Банк. Стандартный бланк, стандартная процедура, автоматическая проверка, выделение лимитов, одобрение и оформление. Как раз к моменту появления патруля успел подтверждение отослать и получить уведомление об открытии кредитной линии.
Глава 10
«Сдержанней надо быть, сдержанней», — размышлял, практически бессознательно руководя роем дронов добывающих руду. Если бы не поддался эмоциям, не кинул выключенную глушилку в агитатора, мне бы и вовсе ничего толком предъявить не смогли. Сломанный нос телохранителя, в очередной раз порванные барабанные перепонки бритоголового и отбитые яйца еще одного быка — это несерьезно. Заплатил бы штраф, немного рейтинга гражданства потерял и все собственно. Каким бы купленным следователь не был, без серьезных фактов он мог лишь штраф по максимуму выписать, а то ерунда.
Совсем другое дело глушилка. На ней мои отпечатки оказались — раз. Использование ее как оружия — камера зафиксировала бросок, когда выключил — это два. В итоге на меня всех собак повесили, от изготовления и использования запрещенного устройства, до разбойного нападения. Был бы тут суд с присяжными, так они бы вповалку от хохота легли, когда версию следователя услышали и на рожи быков взглянули. Увы, ничего этого не было, а искины чувством юмора не обладают. Им что дали, то они и сожрали, да правомочность вынесенного решения завизировали.