Покупатель задерживался, но, признаюсь, я о нем совсем забыл. Вначале навьючил на себя вспомогательное оборудование, протестировал его, а потом и вовсе полный обвес нацепил. Конечно, диверсионный скаф не штурмовой, но он в определенном смысле универсальный. Это у разведчиков упор на скрытность, а диверсанты обязаны задание выполнить, пусть даже ради этого им придется из себя тех же штурмовиков изображать, если уж не смогли незаметно и по-тихому. Так что куда крепить ракетные установки, автоматические гранатометы и вешать прочие крупнокалиберные аргументы имелось.
Стыдно сказать, но увлекся примеркой. Вначале-то просто тестировал и привыкал к обвесу, туда-сюда ходил, бегал, проверял, удобно ли из-за угла работать, как быстро по потолку и стенам ползти могу, а потому в спальню забрел. Разработчики корабля в ней встроенный шкаф предусмотрели. Скорее уж небольшую гардеробную с зеркалом во всю стену и камеры с голографическим проектором. Вот и не удержался, словно пацан начал героические позы принимать и с прозрачностью забрала играться. За этим делом меня и застал вызов от покупателя.
Чертыхнулся и рванул шлюз открывать. Ангар-то уже не мой, я тут всего лишь имею право быть и длинным перечнем личного имущества распоряжаться, причем лишь два часа с момента передачи корабля. Только подбегая к шлюзу, подумал: «Полный обвес скафа — явно лишнее». Люди же только-только от ужасов войны сбежали, а тут такое напоминание. Но менять что-то уже поздно. Это в бою можно экстренно отстрелить лишнее, как правило поврежденное, а в мирной жизни все это враз не снять. «Ладно, шахтеры народ крепкий, может они вообще не беженцы», — успокоил совесть и дал команду на открытие шлюза.
Вы когда-нибудь видели лицо человека, который бросил недоеденную и хорошо подтаявшую мороженку в мусорку, а угодил в лицо девушке боксера-тяжеловеса, который, стоя на колене, в этот момент ей руку и сердце предлагал? Нет? А мне вот довелось. И сейчас я это отчетливо вспомнил, смотря на морду Представительного.
— Э-э, — выдавил агитатор профсоюза.
— Кхм, — ответил, мысленной командой переводя импульсник в режим разрядника и понижая мощность до парализующей.
Телохранитель Представительного дернулся, видимо желая уйти перекатом и выхватить стоппер, но Вояка считал его моторику и действовали мы практически синхронно, только мне требовалось лишь ствол навести и выстрелить, потому-то и фора в десятую долю секунды не имела значения. Слепящая дуга на миг соединила импульсник с телом телохранителя, вбила его в палубу, и он, пару раз содрогнувшись, замер в нелепой позе изломанной звезды.
— Замерли, — скомандовал громко и четко, но четверка знакомых быков доводам разума не вняла.
Они дружно потянулись к станнерам на поясах. Пришлось скосить их молнией из импульсника. Когда они прилегли на пол, посмотрел на агитатора, да и пальнул в него. Для комплекта и из чувства мести. Явно ведь грабить пришли. Кроме меня сознание сохранил лишь один человек — патлатый паренек лет двадцати, со свеженьким, но уже вполне оформившемся фингалом, закрывшим глаз, шеей цыпленка и здоровенным рюкзаком за спиной. А, да, еще он держал в руках знакомую глушилку, зелененький огонек на которой говорил о ее активности. «И на кой они к ней его прилепили. Боялись, что ли, забыть выключить?» — Подумал, но тут же отогнал несвоевременные мысли.
— Ты-то как с этими оказался? — Спросил патлатого, держа его на мушке и спускаясь к бессознательным телам.
— На контракт они меня подсадили, — шмыгнул он носом, но большего себе не позволил. И правильно, команду «замерли» никто не отменял.
— Под коммерческую тайну с неразглашением подвели? — Спросил, переворачивая ногой телохранителя.
— Да, — ответил патлатый.
Телохранитель оказался не столь хорош, как мне думалось раньше. Даже стоппер выхватить не успел. Впрочем, что бы это ему дало? Даже четверка слаженных и подготовленных бойцов с армейскими имплантами имеет мало шансов против человека в военном скафе. При использовании не летального оружия. А тут… Один подготовленный и классический сквад быков для массовки и психологического давления на жертву. Без шансов.
— И давно ты с ними этим занимаешься? — Поинтересовался у патлатого, обрабатывая тела на полу из стоппера.