И вдруг я понял, насколько здесь стало красиво. Подсветка пола и стен, проходя через воду, приобретала голубоватый оттенок. Подводные лодки казались уснувшими китами, а морской дух, активно перемешиваемый вентиляторами, превращал док в подземный грот, полный сокровищами. Светящиеся кости «пиратов» усиливали сказочное впечатление.
Я «освободил» Штаб.
Девушки занялись ликвидацией последствий наводнения. А парни стояли вместе со мной и угрюмо рассматривали подводные лодки, беспорядочно расположившиеся в воде.
— Мы их привяжем к берегу? — спросил Алекс.
— Лебёдка? — неуверенно предложил Геннадий. — Что-нибудь очень тяжёлое, к чему можно зацепиться лебёдкой, чтобы выровнять и закрепить у причала лодки?
— Триста тонн? — я скептически на него посмотрел. — Нет. Это будет не лебёдка. Это будет домкрат.
Ширина «пролива» сорок метров. Ширина лодки — семь. Мне требовался строительный домкрат с выдвижными, десятиметровыми плечами. И портовый кран к нему. Без него с домкратом не справиться. Не сказал бы, что отыскал легко, но через полчаса реального времени в камне было всё для швартовки.
Мы выровняли лодки и «столкнули» их к причалу. Возиться с канатами не хотелось, поэтому всю «конструкцию» я так и оставил под давлением домкрата. Только принёс из яхт-клуба Брайтона три широких доски-трапа, чтобы можно было шагнуть с причала на палубу и свободно переходить с одного корабля на другой.
Девушки закончили убирать следы наводнения, и какое-то время все молча стояли и смотрели на добычу.
— Принимайте аппараты, народ! — сказал я. — Документация на английском, разъяснялово обещают по каждому кабелю и винтику. Вопросы есть?
— Мы будем этими штуками управлять? — с ужасом спросил Алекс. — Зачем нам три подводные лодки?
Я вздохнул. Это был правильный вопрос. Но я пока не был уверен, что готов дать на него развёрнутый ответ.
— Нет. Управлять этими «штуками» вы не будете. Перед вами задача попроще. Для начала, внимательно всё осмотрите. Сделайте детальную опись имущества. Интересует всё, что найдёте: от еды до запасов туалетной бумаги. Оружие, боеприпасы… Личные вещи складывайте в пакеты, я отнесу владельцам. Стоп! Пока все личные вещи экипажей не будут сложены в пакеты, ходить по субмаринам только в перчатках. Светлана, проследи! И к самим пакетам прикасаться только в перчатках. На втором этапе изучите системы жизнеобеспечения. Запасы воды и воздуха, системы регенерации и очистки, датчики газового состава и автоматика микроклимата.
Я задумался. Блики «донной» подсветки завораживали. Казалось, они жили своей жизнью. Или пытались о чём-то сообщить. О чём?
— Прошу прощения, шеф, — «разбудила» меня Светлана. — Третье будет? Или можно приступать?
— Третье… — рассеянно сказал я. — Третье, дамы и господа, это основная часть вашей боевой задачи. Наблюдение. Представьте, что эти штуки, — я указал подбородком на субмарины, — будут развешаны на расстоянии полторы-две тысячи километров от Земли. Круговая экваториальная орбита, спутники в вершинах равностороннего треугольника. В зону уверенного наблюдения не попадут только приполярные области, которые нас пока не интересуют. Мне нужно, чтобы вы составили список оборудования, которое позволит с расстояния две тысячи километров обнаружить запуск межконтинентальных баллистических ракет и отслеживать их движение в атмосфере. Вам нужно выяснить, как такие «телескопы» прикрутить к корпусу, и как с ними работать.
Геннадий негромко кашлянул.
Светлана свирепо на него глянула, но я ободряюще кивнул. Пусть скажет…
— Не сомневаюсь, что вы сможете подбросить это железо на две тыщи километров. Но как им придать первую космическую скорость? Без этой скорости подводные лодки просто упадут на Землю.
— Верно, — согласился я. — Без скорости упадут. Но если я «подброшу железо» не на два мегаметра, а на десять, то при падении до отметки в две тысячи километров они разгонятся до орбитальной скорости.
— И сколько времени они будут разгоняться? — с сомнением спросила Нина.
— Примерно час.
— А зачем так высоко? — заинтересовался Алекс. — Труднее наблюдать.
— Не собьют. Нечем…
— Но чтобы вывести на круговую экваториальную… да ещё «треугольником»… и чтобы в одну сторону крутились…
— Да, — согласился я с сомнениями Геннадия. — Требуется особая точность определения сброса подводных лодок. И многое придётся учесть: собственную скорость Земли, влияние Луны и Солнца, угол наклона оси вращения… эту часть я беру на себя. Смешно сказать, но когда-то меня этому учили. Никогда бы не подумал, что однажды вернусь к своей специальности.