— Нет, не желаю, — ответил мне Ятсухаши, а затем сказал остальным: — Поспешите. Мы отсюда уходим. Можете считать, что сейчас мы всё еще являемся гусеницей, которой только предстоит стать чем-то большим — бабочкой.
— И помните, — добавил Кардин, — что мы еще посчитаемся с ними за эту несправедливость и отвоюем себе нашу свободу.
Он поднял кулак в воздух, и остальные повторили его жест.
— За Вождя!
— Вождь Жон! Вождь Жон! Вождь Жон!
Я застонал, постаравшись не обращать на них внимания. У меня возникло такое чувство, что стоило держаться от всего этого как можно дальше, чтобы не заразиться настолько отупляющим безумием. Никакого другого разумного объяснения подобному их поведению у меня просто не было.
Отрывок из "Рассказы странника"
За авторством Ятсухаши Дайчи
Итак, мы попрощались со своим домом, что уже успел нам полюбиться, и снова устремились в путь. Но в отличие от предыдущих случаев, когда нам приходилось так поступать, наполняли нас в тот момент вовсе не отчаяние и горечь поражения, но радость и надежда. Мы рассчитывали обрести новый дом, который уже будем способны удержать за собой.
Когда мы вышли из холодного туалета в еще более холодные коридоры ночного Бикона, то тоже увидели колонны тех, кто уже готовился внезапно обрушиться на нас, если бы не предупреждение нашего Вождя. И столь огромна была их орда, что любому могла внушить она ужас. Но в то же время это многое говорило и о самом Вожде. Если уж даже женщины настолько его боялись, то кто мы были такие, чтобы в нем сомневаться? Поэтому рассвет нового дня мы повстречали уже кочевниками.
Но это не должно было продлиться слишком долго, и мы не собирались скитаться бродягами по коридорам. Наша цель оказалась величественной, и я имел честь быть одним из тех, кто видел самое ее зарождение.
Приближалась война.
И мы намеревались окунуться в самую ее гущу.
Глава 6
Шестая глава — Пересечение путей
Даже без своего собственного дома они привлекали к себе внимание.
Люди шептались о них в коридорах и настороженно смотрели издалека.
Еще одна группа бессмысленно бродивших по округе мужчин
не стала бы для нас чем-то новым, но эти были не такими.
Они шли без страха, и в них пылала надежда.
Но для людей, у которых ее уже не оставалось?
Для них этого оказалось вполне достаточно.
(Приписывается неизвестному парню
из западного крыла)
Оглядываясь назад, я понимаю, что прошло всего лишь несколько часов, но тогда они показались мне днями. Наступил рассвет, и солнце, поднимаясь всё выше и выше над горизонтом, стало обжигать нас своими лучами, пока мы шли через Бикон, ведомые лишь картой со свитка и моей интуицией. И мы сумели избежать всех опасностей, поскольку я старательно огибал любые стратегически важные точки, и нам попросту везло, что бы там по этому поводу ни думали все остальные. Тот же Рассел, например, уже начал приписывать нашу удачу божественному промыслу, и дружное согласие с этим его паствы мне совсем не понравилось.
По крайней мере, я всегда мог поговорить с Реном или Кардином, хотя раньше бы и не подумал, что действительно когда-нибудь захочу по своей собственной воле общаться с последним.
— Уже решено, куда мы направляемся? — спросил у меня Кардин. — Само собой, я не испытываю никаких сомнений, но мне было бы весьма любопытно приобщиться к мудрости моего Господина.
Я посмотрел на него, гадая о том, не имелось ли в его словах какой-нибудь скрытой издевки. Но к моему ужасу, он говорил абсолютно серьезно.
— Ты всё увидишь, когда мы туда дойдем, — уклонился я от прямого ответа. — Ты всё сам увидишь...
Разумеется, я тоже не знал, куда именно мы направлялись.
Вся школа оказалась в руках женщин, и наше перемещение из одного крыла в другое никак не могло остаться незамеченным. Если говорить точнее, то в Биконе имелось четыре основных крыла, отходивших от центрального кольца, которое большинство людей и считали Академией. Эти самые крылья были соединены с главной башней многочисленными ажурными конструкциями, на которых, к слову, не так давно сражались дядя Руби и сестра Вайсс. Я не знал, почему они делали это именно на них, и по какой причине их сражение в подобном месте вообще никого не обеспокоило.
Но как бы там ни было, Бикон с высоты выглядел словно компас, хотя его крылья и указывали на стороны света не слишком-то точно. Скорее всего, тут при проектировании просто была допущена ошибка, потому что эти самые крылья всё равно имели названия сторон света. Мы пришли из южного, в котором не было никаких стратегически важных точек. Именно там предпочитали скрываться большинство студентов старших курсов, хорошо знавших Бикон.