— Да, Жон их соблюдает, — к моему облегчению, сказала Руби.
— Он тебя кормит?
— Янг, я же не собака... — но когда выражение лица ее сестры ничуть не изменилось, Руби вздохнула. — Да, у меня много еды и напитков. И мне даже выдают печенье, когда я хорошо себя веду.
— Хорошо себя ведешь?
— Делаю то, что скажет Жон.
— Хм, и ты всё еще уверена в том, что не являешься собакой? — рассмеялась Янг. — Ладно, с этим никаких проблем нет. Но что насчет места для сна?
— Я сплю вместе с Жоном.
Наступила долгая пауза, во время которой мы с Руби молча дожидались ответа Янг. Когда его так и не последовало, я попытался заглянуть в экран свитка, но Руби повернула его так, чтобы мне ничего не было видно.
— Ты... спишь вместе с ним?.. — наконец произнесла Янг, и ее голос почему-то оказался каким-то хриплым.
— Да, — кивнула Руби. — Сначала было довольно неловко, потому что я подумала, что мне придется спать вместе со всеми остальными парнями, но Жон сказал им, что я являюсь его личной пленницей, и он сам будет обо мне заботиться.
— Личной... пленницей?..
— Ага. Ну, то есть я не их добыча, а лишь его, и они не могут со мной ничего делать. На это имеет право только Жон, — улыбнулась Руби, заставив меня кивнуть. Я был очень рад тому, что она решила говорить исключительно правду. Мне хотелось сделать так, чтобы Янг не желала мне отомстить, и знание о том, как хорошо я забочусь о Руби, наверняка могло этому поспособствовать.
(Не настолько хорошо, как ты сам об этом думаешь, Жон. Иногда меня просто поражает твое полное невежество в некоторых вопросах).
— Н-на что именно он имеет право?
— Ничего особенно важного, — попыталась как можно более спокойным голосом произнести Руби, но получилось у нее не очень хорошо. Это не было правдой, и она просто не желала признаваться в том, что выдала нам информацию о своих союзниках. Руби вообще не умела лгать, и я прекрасно понимал, что Янг никак не могла этого не заметить. — Ну, просто те вещи, которые должны делать все пленники. Ничего такого, о чем тебе следовало бы волноваться, или из-за чего вы с Вайсс могли бы на меня разозлиться. Тут не о чем говорить.
Янг громко булькнула.
С ней там вообще всё было в порядке?
— Он тебя трогал?
Голос Янг звучал как-то испуганно, и Руби недоуменно посмотрела на меня. Я пожал плечами в ответ, и она согласно кивнула.
— Ну да, иногда.
— Где именно?!
— В разных местах, — пожала плечами Руби. — А почему тебя это настолько встревожило? Что-то не так?
— Неважно. Я... я... — Янг громко застонала. — Просто скажи мне, Руби, заставлял ли он тебя делать то, что тебе не нравилось? Что-то такое, чего ты не хотела?
Руби сердито посмотрела в мою сторону, и тут меня уже не могли спасти никакие мольбы.
— Ну, такое и в самом деле было один раз, — проворчала она. — Я не желала говорить того, что Жон хотел от меня услышать, и тогда он решил применить ко мне самые суровые меры.
Янг явно пребывала в ужасе.
— Ч-что он с тобой сделал?..
— Он лишил меня сладкого!
Из динамиков свитка послышался грохот, а затем сразу несколько голосов выкрикнули имя Янг. Руби явно чего-то испугалась и перестала следить за своим окружением, так что у меня появилась возможность заглянуть в экран через ее плечо. Янг стояла на одном колене, ухватившись за что-то, что не попало в кадр. Когда она посмотрела в свиток, то ее лицо оказалось очень бледным, а глаза — красными. Увидев меня, Янг зарычала:
— Ты...
— Я?
— Ты...
— Ладно, пусть буду я. Что именно я сделал не так?
— Ты знаешь, что ты сделал не так, — прорычала Янг. — Я хочу вернуть себе Руби. Ни за что не оставлю ее рядом с тобой, чтобы вы продолжали заниматься... тем, чем вы там занимаетесь!
Она имела в виду допрос?
(Жон, пожалуйста...)
Ну, наверное, в этом и не было ничего удивительного. Янг поняла, что я перехитрил Руби и получил от нее всю информацию, которая мне понадобилась. И разумеется, она желала избежать повторения этого допроса и утечки новой порции сведений об их армии. Чего-то подобного я от нее и ожидал, поэтому улыбнулся, чтобы продемонстрировать, как мне хотелось бы думать, уверенность в своих силах.
— Ну, просто так я тебе Руби не отдам, Янг. Она очень многое для меня значит, и я никогда бы не стал ее обижать.
— Ох, Жон, — проворковала сама Руби.
— Чего ты хочешь? — с подозрением уставилась на меня Янг. Ну что же, у нее имелись для этого все основания.
— Если ты желаешь получить Руби, то я хочу за нее что-нибудь столь же ценное.