— Я знаю об этом, потому что становлюсь твёрдым рядом с тобой.
Ариадна отдёрнула руку. Каким бы соблазнительным ни был этот путь, пойти по нему она не могла. Впервые это не сработало.
— Не нужно смущаться, маленькая. — Он погладил её по щеке. — Я может и не помню ничего о нашей с тобой жизни, но ты ни секунду не должна сомневаться в том, что я люблю тебя. — Затем Дио притянул её ближе. — Мои губы разбиты и с лицом катастрофа, но с остальными частями тела полный порядок. Пойдём в кровать, малышка, и я сделаю всё, чтобы ты даже не поняла, что я потерял память.
Смысл сказанного был предельно ясен. А если у Ариадны и оставались какие-то сомнения — его руки быстро развеяли их, намекающе скользнув вниз по спине. И, прежде чем она поддалась бы тем великолепным ощущениям, которые Дио пробуждал в ней, Ари вывернулась из его объятий.
— Мы не можем этого сделать! — Потому что где гарантии того, что он останется с ней, а не исчезнет, как только они переспят?
— Можем, конечно, — произнёс он, поднимаясь.
Ари уперлась руками в грудь Дио, чтобы он не мог притянуть её ближе, а её разум бешено работал, придумывая объяснение тому, почему она не может прыгнуть с ним в постель, несмотря на помолвку.
— Мы решили подождать, — выпалила она.
— Подождать? Чего?
Она подыскивала следующие слова.
— У нас воздержание.
— Воздержание? — Дио наморщил лоб, будто не понимая, что значит это слово.
— Да, — произнесла Ариадна, уже увереннее, идея сформировалась. — Мы пришли к соглашению воздерживаться до первой брачной ночи.
Глава 9
— Воздержание? — Слово эхом отозвалось в голове Дио. Он, наверное, не расслышал. Может, его сильно ударили по уху и повредили слух. Было что-то ужасно неправильное и чуждое в этом слове. Он инстинктивно знал, что никогда не согласился бы на такое, тем более когда его тело реагировало на Ариадну так, как реагировало сейчас.
Он твёрд с тех пор, как они ушли с парковки. Каким образом он умудрялся целыми днями находиться рядом с ней с таким стояком? На одно мгновение он подумал, что из-за потери памяти Ариадна для него совершенно новая женщина, и поэтому все его чувства и реакции так сильны. Могло это стать причиной такой бешеной эрекции? Но Дио быстро отмахнулся от возникшей мысли. Если они с Ариадной помолвлены, то он представить себе не мог, что не был возбуждён постоянно, когда она рядом.
Она так прекрасна, с телом такими чувственным и роскошным, он точно знал, что оказавшись в ней, забыл бы самого себя и всё на свете. Устоять невозможно.
— Ты имеешь в виду, мы никогда?.. — Он оставил фразу незаконченной, не в состоянии даже выговорить такую невозможную вещь.
Ариадна избегала его взгляда и старательно рассматривала окровавленное полотенце в своих руках.
— Нет, мы решили, что будет лучше подождать до свадьбы. Мы оба очень набожны.
— Да? — Прямо сейчас он чувствовал явно не набожность.
Она кивнула, выполаскивая полотенце в раковине. Вода покраснела от его крови.
— Ты говорил, что так будет гораздо приятнее, когда мы поженимся.
Не было в ожидании ничего приятного.
— Я передумал.
Её спина напряглась.
— Ты не можешь. Мы ведь оба согласились. Просто ты не помнишь.
Дио сжал кулаки от досады.
— Давай это обсудим.
— Здесь нечего обсуждать, Дио. — Она отжала полотенце и повесила на бортик раковины. — Я лучше пойду. — И пробралась мимо него к двери.
— Но ты же ещё здесь не закончила. — Он указал на своё лицо и быстро взглянул в зеркало. Хотя всё оказалось не так плохо, как он ожидал. Сейчас, когда кровь была смыта с лица, Дио понял, что синяков и ссадин гораздо меньше, чем казалось. Даже отёк вокруг глаза стал едва заметен, хотя мог поклясться, что когда пришёл в себя на стоянке, с трудом мог открыть глаз.
— С тобой всё будет в порядке. Просто приложи лёд и подержи немного.
Затем она вышла, а спустя несколько секунд захлопнулась входная дверь. Дио остался стоять посреди ванной, в полной растерянности ероша волосы.
Она убежала и даже не поцеловала его на ночь. Как такое возможно? Может, она злилась за что-то? Видимо, так и есть. Если подумать, она казалась слегка раздражённой, время от времени. Может, они поссорились как раз перед его избиением. Это объясняло нежелание Ариадны остаться с ним. Потому что если они и согласились не заниматься сексом до свадьбы, поцелуи и прикосновения никто не отменял, Дио был в этом уверен. Ни за что он не отказался бы попробовать этот сладкий ротик и изучить это роскошное тело.
Неважно по какой причине согласился, но и дальше следовать нелепой идее с воздержанием Дио не собирался. Его тело до боли жаждало соединиться с её, и каким-нибудь образом он заставит Ариадну понять, что ждать не может. Она боялась, что он утратит интерес и не захочет жениться, если она переспит с ним? В этом причина её нежелания поддаваться его просьбам? А о том, что просьбы были, Дио знал, даже если и не помнил.
Вот в чём проблема: почему он не может вспомнить ни единого дня своей жизни до сегодняшнего вечера? И, если уж на то пошло, не особо переживает по этому поводу? Потеряв память, он, как ни странно, не ударился в панику, вполне ожидаемую в данной ситуации. Несмотря на полное отсутствие знаний об Ариадне, их отношениях или пустоту в голове, когда речь шла о его прошлом, Дио чувствовал себя странно удовлетворённым — ну то есть настолько, насколько может быть удовлетворён мужчина, бог знает сколько не занимавшийся сексом.
Кроме того, может ему просто нужен отдых. К утру все воспоминания могут вернуться, и жизнь наладится. Единственная вещь, пообещал себе Дио, к которой он не вернётся, — это воздержание. Он сделает всё, чтобы соблазнить Ариадну. В конце концов, она же будет его женой, нет ничего неправильного в том, чтобы снять пробу прежде, чем заключить сделку.
* * * * *
Дио спал беспокойно. Он крутился и ворочался, видел сны, населённые чудовищами и мифическими существами, которые казались знакомыми и, что странно, вполне приятными.
В ночном небе гремел гром и сверкали молнии, океанские волны пенились и обрушивались на берег, пока существо — наполовину человек, наполовину рыба — не поднесло к губам рог из раковины и не сыграло умиротворяющую мелодию. Волны успокоились, как и Дио, который нашёл утешение в осознании того, что его окружают друзья. А вдали он увидел Ариадну, она бежала, но не к нему, а от него, и слёзы текли по её щекам.
Дио резко сел и распахнул глаза. Комната купалась в сиянии солнечных лучей, проникающих через не до конца закрытые жалюзи. Прекрасный летний день. Ночные гром и молния оказались всего лишь сном. На идеально чистом небе ни облачка, а если бы из его комнаты открывался вид на воду, он увидел бы лишь спокойную гладь без малейшей ряби.
Примерно минуту он просто сидел на кровати, которую не узнавал, в комнате, которая была ему не знакома. Закрыв глаза, Дио пытался заставить свой разум вернуться назад во времени и найти утраченные воспоминания, но всё, что получилось, — вспомнить, как очнулся на парковке и Ариадна о нём заботилась.