Никакого колдунства, чтобы голый орочий зад испарился, у меня не было, поэтому я, разогнавшись, просто всадил в него сапогом. Громила тут же ласточкой, не отрывая рук от запутавшихся штанов, полетел к бревну, которое победно треснуло под напором орочьих мозгов.
Мой план сразу же пошёл к чертям, потому что он не отключился. Головорез завыл от боли, ёрзая под расколотым бревном, и, продолжая светить голым задом, зашуршал руками в поисках своего топора.
Я выругался — вот же я тупень, сам же к оружию его пнул. А всё моя мягкотелость, надо было сразу ему в задницу меч всаживать!
Недолго думая, я обнажил меч и собрался уже запрыгнуть сверху, чтобы приколоть врага к земле. Но тот в последний момент извернулся, толкнув лезвие плечом.
Меч всё равно прорезал ему лопатку, орк взвыл, но его здоровенная лапища уже сгребла меня за шкирку.
— Ну что, засранец, поиграем⁈ — ощерился он, улыбаясь окровавленными губами, которые разбил об бревно.
— Да с удовольствием, — я со всего маху долбанул его лбом прямо по носу.
В этой толкотне я уже не мог удержать меч, на который навалился громила, поэтому, отпустив рукоять, просто вцепился зубами в палец орка, собираясь его отгрызть. И локтем стал долбить ему по зубам, вкладывая в каждый удар всю свою полукровочную мощь.
Многие недооценивают мощь локтей, а это настоящее спасение, если не обладаешь достаточной комплекцией. Нетренированный удар кулаком намного слабее, и легко повредить запястье, а в удар локтем природа сама собой добавляет подкрутку всем телом.
Правда, орк об этом явно не знал, и от моих ударов отключаться вообще не собирался. Лишь махнул второй рукой, наконец высвободив её из-под себя, да отбросил меня к бревну.
Теперь я почувствовал, что такое встречаться головой с корягой. И она оказалась на редкость трухлявой… На что я надеялся-то? Орка ни топор Дарьи, ни стилет убийцы не взяли, а я на бревно положился.
— Так это ты, Грецкий⁈ — замычал от боли орк, поднимаясь, — Любит меня судьба, значит! Сейчас ты сдохнешь!
Поднимался он, словно пьяный, потому что штаны так и мотались у него на пятках. А мой клинок так маняще болтался сверху, застряв под его лопаткой, что я, не теряя ни секунды, снова рванул к громиле и просто запрыгнул на него.
Схватив одной рукой его за лохмы, другой я попытался перехватить рукоять и стал крутить клинок. Вот же живучий, гад, хрен проткнёшь! Орк взвыл от боли, выгнувшись, и просто поскакал, забыв про штаны.
Так мы пронеслись мимо княжны, и на миг наши взгляды соприкоснулись… Даша, такая беззащитная, с заплаканными глазами, уставилась на меня со смесью восхищения и страха. А я, как тот самый принц, которого она наверняка ждала всю жизнь, проскакал на голом зелёном орке в заросли.
Там мы всё же рухнули, и орк встретился лбом с уже совсем нетрухлявым деревом, с очень-очень твёрдой корой. Я тоже припечатался лицом к стволу, и так мы сползли к корням.
Чувствуя вкус крови на губах, я судорожно выдохнул. Так-то мой план отключить орка об бревно сработал, просто чуть позднее. Но это мелочи, главное, импровизация.
Спохватившись, я стал искать меч. Гадство! Куда он вылетел-то из кровоточащей спины орка⁈ Мне же его ещё убивать.
Я наконец-то нашарил меж корней клинок и, перехватив, уже собрался было снова вонзить его, чтобы доделать дело… И уже заносил меч, когда из-за утробного рычания орка понял — что-то точно пошло не по плану!
Потому что позвонки на спине орка вдруг стали прокалывать кожу, и на плечах вылезли какие-то роговые шипы-наросты. Уже вонзив меч между рёбер, я понял, что вот сейчас у меня точно возникли трудности.
Превращающийся в монстра орк просто отмахнулся от меня, и мне несказанно повезло, что он задел меня локтем, а не лапой с огромными когтями. Я не выпустил рукоять, а просто молча вылетел вместе с мечом обратно из зарослей.
Приземлившись и кувыркнувшись по листве, я обнаружил себя рядом с Дарьей, которой кое-как удалось вытолкнуть изо рта кляп.
— Боря! — она от радости чуть не заплакала, — Ты убил его!
— Почти, — просипел я отбитыми лёгкими, — Херня делов осталась…
Из кустов вырвался душераздирающий хрип, и Дарья вздрогнула. Я тут же рванул к ней и, одним движением загнав меч под перевязь, разрезал путы. А потом, схватив её за руку, заорал.
— Бежим!
Мы сиганули мимо бревна, и надо отдать должное, Даша по пути успела схватить огромный топор. И, когда из зарослей вырвался мутировавший орк, она тут же развернулась. Красные руны зажглись на её предплечьях, и девушка легко, будто двуручный топор был игрушкой, метнула оружие.