— Ты об источнике? — я коснулся своей груди.
— Ха-ха, очень смешно, — скривилась ведьма, — Нет, я о Родовых Ядрах. Именно так, с большой буквы.
— Может, и слышал, — я пожал плечами, — Но ничего не понял.
— В дворянских родах сильные яродеи всегда накапливают ярь, перекачивая её в ярь-самоцветы. Говорят, императорский ярь-алмаз самый крупный в мире, и в нём накоплена небывалая мощь. Это императорское Родовое Ядро. И да, возможно, у императорской семьи оно не одно.
— И что с ней делают, с этой накопленной мощью?
— Ты и вправду из другого мира, — удивилась Велена, — Самые могучие яродеи рода собираются вместе и бьют по врагу энергией Ядра, конечно же. Представляешь силу удара такого Ядра? Это позволяет сжечь всю ярь у вражеских яродеев, вместе с их жизнями. Но Ядерной войны, конечно же, никто бы не хотел.
Я аж поперхнулся.
— Какой-какой, ты сказала, войны?
— Ядерная война. Понимаю… Тот мир, откуда ты родом, полностью зачищен Жнецом от волшбы. Откуда вам слышать о Ядерной войне?
— Ну, да… — я поджал губы, — То есть, у императора такое Ядро, и он его нацелил на европейских эльфов?
— Как и они нацелили. Естественно, Родовые Ядра есть и у Великих Князей, да и у каждого уважающего себя дворянского рода. Только они, конечно, ни о какой войне и не помышляют… Нарезают Ядро по кусочкам, делают за деньги жалованных яродеев из недоярей, на том и живут.
— Жалованный, это как я?
— Насколько я слышала, тебя сделали жалованным сами Грецкие. Это великий дворянский род, и так просто ярью они направо и налево не раскидываются. Значит, источник у тебя должен был получиться крепким. Но да, ты жалованный, и не можешь черпать ярь из мира.
— Давай вернёмся пока к княжне… Что там с её кровью?
— Её род… кхм… который, получается, сейчас заключён в ней одной, орочьей волшбой связан с императорским. Если враг нанесёт удар по императору, то его защитит сила его Ядра. Но само Ядро от этого разрядится, а может даже и повредится. Но орочья волшба отразит удар по великим орочьим родам, и таким образом сильно ослабит удар по императору и его Ядру. Император и его семья останутся способны нанести ответный удар.
— О, Боже, — я взялся за голову руками, — Я не верю, что всё это слышу…
— Да, это сложно для пришельца из другого мира.
— Вообще-то я всё понял… Эта княжна, по сути, часть щита?
— Да. Они убьют её, и останется лишь шесть семей, которые разделят удар по императору.
— А зачем чистокровным такие сложности? Я имею в виду, больно уж они заморочились с убийством Ростовской…
— Ты мыслишь слишком просто, а здесь происходит игра могучих государственных умов. Что, по-твоему, сделает император, если твою Ростовскую убьют?
— Ну-у-у, — я потёр подбородок, — Я же вообще не знаю этой вашей волшбы… Если отбросить все сантименты, то императору, наверное, легче найти другой род и связать с ним новый кровный договор о защите?
— Верно. А чтобы это сделать, что нужно? Ну, думай, думай, ты мне такой мозговитый орф попался…
— Собрать воедино всех, кто повязан договором?
— Ты ж свет мой, зеркальце! — Велена заулыбалась, — Я слушаю тебя и понимаю, что ещё не всё потеряно.
— То есть, пока она жива, новый договор император не может заключить. А когда она… кхм… если она погибнет, то этим тайным орочьим родам надо будет собраться вместе.
— Я не знаю точно. Орочья волшба имеет свои особые свойства… Да, я не всё знаю, что ты на меня так смотришь? Может, чистокровным надо, чтобы они все приехали сюда. А может, они ждут, когда они все приедут в Москву… Но такое событие точно не останется незамеченным, а у чистокровных везде свои длинные эльфийские уши.
— То есть, император знает, что один из родов вычислили, и сейчас им надо сделать всё, чтобы другие остались в тайне?
— Да.
— А не легче ли императору просто ударить первым? Он же знает, кто против него всё это замышляет.
— Тебе ещё стоит подрасти, Грецкий, чтобы понять — все будут играть на том поле, где они могут что-то предугадывать. Никто не хочет большой войны, где может погибнуть слишком много народу… И великие дворянские рода тоже.
— Как-то даже стало обидно, — проворчал я.
— Ты о глупостях думаешь, — легко парировала ведьма, — Сейчас тебе надо думать не об императоре и его врагах, это бесполезные мысли. Тебе нужно думать о твоих врагах, которые рыщут вокруг этого холма.