В кошеле болтались всего четыре ягоды, и я вдруг понял, до чего же смешной это запас. До этого одна ягодка снова поднимала меня в бой, теперь мне понадобилось три… Какого, спрашивается?
Уперев меч перед собой, я ровнял дыхание. В полированном яблоке рукояти отражалась пока только моё лицо — запыхавшаяся, измазанная в крови мордочка Грецкого. Совсем не смешной хомячок. Гадство! Где моя ведьмочка⁈
Эльфеяров, который всё это время таращился на костёр, завыл от ярости. В огне с медальоном снова не произошло чего-то, чего он ждал, и граф завопил в сторону леса:
— Веригин, дерьмо орочье!!! Вернись, предатель! Изменник! — Эльфеяров пнул костёр, разметав горящие угли по полянке, — Убью! Ты сдохнешь, тварь!!! Веригин!
Кажется, граф думал, что жизнь Веригина висит у него в медальончике, но теперь выяснил, что его помощник оказался хитрее. Ложный медальон?
— Подстилка Старшей Крови ты, Веригин. Но как ты смог меня обмануть? — тяжело дыша и опустив клинок, Эльфеяров обречённо прорычал вслед сбежавшему, — Думаешь, Волчин как-то наградит тебя⁈ Ошибаешься, глупец!
Я про себя отметил услышанную фамилию — Волчин. Граф как раз стоял ко мне спиной на полянке, посреди разворошенного костра.
Было бы неплохо погнать ему ещё болт прямо промеж лопаток… И едва я покосился вбок, на валяющийся арбалет, как граф обернулся. В свете редких пылающих угольков его ухмылка показалась мне особо зловещей.
— Мне в любом случае нужно просто убить тебя, орочья грязь, — голос Эльфеярова сквозил чёрной волшбой, — А с Веригиным я разберусь. Я всегда разбирался со своими врагами.
— И со Старшими? — наивно спросил я, хотя не знал, о ком речь, — Даже с Волчиным?
Граф резко обернулся всем телом. Чувствовалось, что он едва сдерживается.
— Не лезь в дела Чистокровных, полукровка. Веригин знает наши законы, и Старшая Кровь его не защитит!
Меня, если честно, этот самый Веригин, решивший удрать с поля боя, вообще не интересовал, но разговор позволял мне передохнуть и подумать.
Граф, ступая по хрустящим уголькам, поднял меч. Едва видимые тени на зарослях, отбрасываемые от остатков костра, так и мерцали странным наваждением. Будто обросла фигура графа змеиными шевелящимися щупальцами.
— Тебе надо лишь уяснить, что княжна Ростовская так и так будет в наших руках. Она — ключ к нашей цели. А у тебя, сын отступницы, больше нет права на жизнь, — тут граф выдавил дружелюбную улыбку, — Но ты можешь купить себе моё милосердие. Где княжна? Где ведьма⁈
Я пропустил это мимо ушей.
— Ваша цель — снять защиту с императора и убить его? — ухмыльнулся я, — Эльфы убивают эльфов… Дожили.
— Заткнись! Император сам окружил себя орочьей грязью! Она забила своей вонью ему нос, и он не чует, как смердит Российская Империя от всего этого, — Эльфеяров махнул клинком, будто указывая «всё это», и сплюнул, — Но мы очистим её… Умрёт княжна, умрут другие орки. Умрут так же, как и весь твой род.
Издевательская улыбка подразумевала, что я, молодой и горячий, должен сейчас же броситься в атаку. Но я пока что слишком устал от стольких боёв — эта дерзкая вылазка пошла совсем не по плану.
— Я тут! — в навершии меча вдруг появилась Велена.
Эльфеяров тут же закрутил головой, будто тоже что-то услышал. Поэтому ведьма, которой я улыбнулся, сразу же замолчала — напитанный чёрной волшбой граф был слишком чувствителен.
А я и вправду рад был видеть Велену целой и невредимой… Ну, насколько может быть целой и невредимой душа ведьмы, живущей только в моём отражении.
Граф продолжил:
— Умрут гномы, люди и вся расплодившаяся вонючая помесь! — он явно упивался моментом, — Хотя, быть может, кого-то надо оставить, как думаешь? Ведь Чистокровным должен кто-то служить, и, быть может, эта грязь верным трудом когда-нибудь заслужит наше прощение.
— Чем же они вам так насолили?
— Своим существованием… — Эльфеяров был уже в двух шагах от меня. Расставив ноги, он чуть отвёл клинок, будто бы открываясь для удара: «Ну же, вот я в какой невыгодной позиции!»
— Ну и жили бы у себя там, — буркнул я, — Откуда вы, чистокровные эльфы-то?
— И будем жить! Ты же слышал, что люди и гномы не из этого мира, с их сраной иноземной волшбой? Почему мы должны их терпеть⁈
— Но орки-то всегда были… — начал было я.
— Орки⁈ — граф взревел и сам бросился в атаку.