— Простите, госпожа, — я тут же опустился перед ней на колено, схватив её за ногу, но орка уже особо не сопротивлялась, просто держась за меня.
Её щёки горели, и она неотрывно следила за моими руками, исследующими её тело.
Правая стопа? Ничего.
Левая? Тоже ниче… Стоп!
Я всё же успел поймать чёрный блик, который мелькнул, словно пятнышко перед уставшими от ночного чтения глазами. Да так и уставился на подошву сапога.
Смотрю прямо, ничего не вижу. Отвожу взгляд в сторону, и бликует проступающий через подошву чёрный символ.
— Дашенька, потерпите, — я потянул сапог, потом стянул с изящной ножки белый кружевной носок и стал рассматривать кусочек чёрной руны, будто прилипший к круглой зелёной пятке.
Княжна больше ничего не говорила. Всё-такая же румяная, она заворожённо наблюдала за мной, даже не пытаясь больше сопротивляться, и не сводила глаз с моих пальцев, оттягивающих её стопу.
У меня, конечно, появилось искушение проверить, насколько далеко она позволила бы мне зайти. Вот только дело-то посерьёзнее, чем казалось на первый взгляд…
Она где-то наступила на эту метку, и теперь легко поддавалась её зову. Не знаю, влияет ли целостность символа на силу заклинания, но её было достаточно, чтобы уже два раза затянуть княжну на эту сторону реки.
Задержав дыхание, я коснулся символа. Ничего… Потом потёр его, пытаясь оттереть, словно грязь, но тот прилип, словно чернила. Увлёкшись, я даже послюнявил палец, но и это результата не принесло.
Орка, заметив мои манипуляции, испуганно спросила:
— Что там? Ты что-то видишь? — она склонилась, но, естественно, ничего не увидела, — Что тут⁈
Я как раз задумался над тем, стоит ли ей признаваться, как княжна, вернув себе самообладание, стала одеваться обратно. При этом она беззастенчиво опиралась на меня бедром, и я с самоудовлетворением понял, что мне, как мужчине, теперь было позволено больше обычного.
— Показалось, — сказал я.
Вставая, я позволил себе коснуться этого самого «больше обычного», как вдруг получил вторую пощёчину.
Удар у неё был поставлен, что надо.
— Гадство! — вырвалось у меня, — Ваша княжеская милость, а вам не кажется, что это уже лишнее?
— Не смей врать мне, Боря!
Я понял, что пощёчина была не за распускание рук, а за мой язык, и усмехнулся.
— Ты увидел чёрную волшбу! — она воззрилась на свой левый сапог, — Но ты не можешь её видеть! Её никто не может видеть, кроме… ах! — тут она прикрыла рот ладошкой.
— Дарья, не гони пургу, — буркнул я, — Конечно же, я не могу её видеть.
Она замахнулась ещё раз, но я перехватил удар. Так далеко наши отношения ещё точно не зашли… Да и, если честно, я теперь крепко задумался — а стоит ли их так далеко заводить? Характер у этой дамочки был слегка стервозный.
— Ты врёшь! — она вырвалась, а потом сложила руки на груди, — Ты не умеешь врать, так и дядя Платон сказал.
— Ну, если дядя Платон сказал…
Надолго её самообладания не хватило. Она сама схватила меня за руку:
— Боря, что ты увидел? Неужели это правда⁈ — её губы снова задрожали.
Да ну к эльфячьей бабушке, сегодня вроде без дождя, а я на мокроту целый день уже смотрю.
— Что правда? — спросил я в свою очередь, — Даша, давай договоримся. Ты мне не врёшь, а я тебе. Пустых слёз только не надо, а то привыкну, и эффекта уже не будет.
— Но если ты чёрный колдун, то как ты можешь не врать?
— Чего-о-о⁈
Видимо, на моём лице она увидела что-то забавное, потому что рассмеялась. Но нервный смех длился недолго, и ей всё же пришлось поделиться со мной своей правдой.
От дороги с Листиком я пробежал гораздо больше, чем мне показалось на первый взгляд, и длины пути как раз хватило на всю историю.
Мне пришлось выслушать о том, что чёрную волшбу, естественно, видят только сами чёрные колдуны. Не было ещё в российской истории Видящих, которые могли бы похвалиться такой способностью.
Ещё, говорят, чёрную волшбу видят священники в церквях, но тут сама Даша сомневалась. Потому что у них было полно историй о том, как они её видели и побеждали, но когда Платон Игнатьевич лично водил Дарью в церковь, не сильно-то это и помогло.
Услышав это, я сразу же задался себе целью посетить местную церковь. Помню, она стояла на окраине… Как минимум, если батюшка поделится хоть каким-то приёмом, как извести эту чёрную руну, уже будет польза. Может, какой-нибудь освящённой водой оттереть?
Вообще, странные методы у чистокровных. Зачем вешать на Дашу метку наваждения, если можно было бы избавиться от неё другим, более надёжным способом.