Александр Изотов
Грецкий 3
Глава 1
Слово княжны
Первый том тут — https://author.today/work/476265
Дожди в Качканаре осенью на самом деле нечастое явление. Чаще всего сухая и жёлтая, после нескольких ветренных дней вдруг сбросив листья, осень просто уступает холодам.
Сегодня было солнечно, и синее небо до самого вечера козыряло лишь парой облачков. Но вчера весь день шёл дождь, земля так и не успела просохнуть, поэтому буквально дышала ледяной влагой. Подгоняемая осенним ветром, она лезла под тёплый плащ, уговаривая вернуться в тёплую комнату и, обернувшись в плед возле жаркого камина, уткнуться в какой-нибудь популярный московский роман.
Но Дарья Никитична Ростовская не шла домой. Она так и стояла в своём садике, наблюдая через решётчатый проём в стене, как солнце готовится ко сну. В лёгком ситцевом платье, укрывшись тем самым меховым плащом, в котором Грецкий вывез её от ведьмы.
Скоро бал…
Этот садик, где половина цветов уже сбросили не то, что лепестки, но даже листья, был её тюрьмой. Как и комната, как и всё это имение дяди.
Княжна очень волновалась, до дрожи в зубах, поэтому и стояла тут. Ей легче было думать, что зубы стучат от ползущего по её коже холода, нежели от страха. После ночного разговора с герцогиней она очень волновалась, ведь на балу ей предстоит пойти против Демиденко.
И пусть позади уже был разговор с адвокатом Ефратовым, и княжна уже сжимала озябшими пальцами бумагу с гербовой печатью, но волнение никуда не уходило. Она сама не верила, что нашла в себе смелость сделать это… Пошла против воли опекуна, да ещё и за его спиной.
Не сбежала, как обычно. Не заперлась в комнате, чтобы побить подаренные дядей вазы. Не надула губы на несколько дней, всячески показывая барону, как она недовольна.
Детские капризы позади…
Может, она сама себе это придумывает, но Даша впервые ощутила за спиной силу своего рода. У её мамы было сильно развито дворянское чутьё, она всегда держала нос по ветру, и никогда никому не позволяла крутить интриги за её спиной. Всегда знала, о чём шепчутся слуги, и очень помогала отцу в его семейном предприятии. А ещё была неплохим яродеем и воином, пусть никогда и не сражалась в дружине.
Дарья очень хотела быть такой же сильной. Поэтому княжна, стиснув дрожащие зубы, поглаживала озябшими пальцами гербовую печать. Она впервые ощутила сильный козырь в своих руках, и барон Демиденко даже не знал об этом. Игорь Демьянович Ефратов, московский адвокат, обещал не распространяться об их секрете, а в его деле такие обещания — это вопрос репутации.
Но только от княжны зависит, сумеет ли она разыграть этот козырь…
Ночью, после той шумихи с забежавшим в имение гномом Копаней Тяженичем, герцогиня заглянула к княжне. Они до этого особо не общались, и Дарье казалось, что госпожа Жлобина побаивается её. А княжне очень хотелось пообщаться с кем-то… кхм… кто не уступает статусом и не заглядывает к ней в рот.
Герцогиня, конечно, ниже титулом, но, говорят, она в одиночку держит предприятие погибшего мужа. И вот одна приехала к барону заключать деловую сделку. Не побоялась, и княжна очень уважала таких сильных женщин.
Иван Вячеславович последние дни только и говорил о сделке — он очень ждал, когда ему вернётся всё «ему причитающееся». Барон почему-то считал, что герцогиня лишила его каких-то доходов, и собирался заключить по-настоящему кабальный договор. «У неё нет козырей!» — так он говорил. Поэтому Дарья втайне восхищалась герцогиней Жлобиной, которая смела ставить барону свои условия.
После ночного прихода Копани Тяженича барон слегка остепенился, вдруг поняв, что герцогиня не так проста. Ну к кому перед важной сделкой ночью могут заявиться гномы⁈ При этом на барона Копаня даже внимания не обратил…
Так что сегодня весь день барон был сам не свой. Слуги шептались, он так и бродил по кабинету, обсуждая с советниками, что надо бы чуть смягчить договор, но лишь чуть. Проверить на всякий случай, где они там пересекаются с горным народцем. Герцогиню-то выдоить до дна кошелька будет не жалко, а вот с гномами лучше не шутить.
Что же касается госпожи Жлобиной, то она вдруг просто заглянула к княжне ночью и спросила: «Не спишь?»
Какое там спать, после таких-то приключений? Дарью ведь привезли только вчера днём… Но всё это время она мучилась от угрызений совести, что ничем не помогла Борису Грецкому, который уже трижды спас ей жизнь. Трижды!
А теперь барон обвиняет его в чёрной волшбе, хотя Даша слышала от советников, что это всего лишь предмет торга. Он давил на герцогиню со всех сторон, и показывал, что даже над её племянником он полностью властен. Говорят, была там у Жлобиной, да и у всего рода Грецких, какая-то история с чистокровными и с чёрной волшбой, и это сильно било по репутации герцогини. Поэтому барон без особого пиетета бил по этой больной точке Елены Павловны.