Сейчас княжна жмурилась от яркого солнца и теребила в замёрзших пальцах гербовый листок, который трепыхался от ветра, и улыбалась. Нет, не всё во власти барона! Сегодня на балу Дарья сможет помочь Грецкому…
Разговор с герцогиней был неожиданным, но Дарья помнила их беседу до самого последнего слова. Елена Павловна Жлобина отмеряла каждую фразу, чтобы княжна запомнила всё.
«Ваша милость, мы оба можем помочь нашему общему другу. Ну, для меня он племянник, но для вас…»
«Да!» — тут же выпалила Дарья, у которой сразу брызнули слёзы, — «Да, да, да! Что я должна сделать⁈»
Герцогиня, кажется, даже не ожидала, насколько Грецкий «друг» княжне. И лишь смущённо улыбнулась, понимая, что Ростовская просто по-девичьи «втюрилась» в её племянника, по самые свои зелёные орочьи уши.
Использовать эти чувства в свою пользу герцогине не позволила бы совесть, но Борису надо было помочь. А уж Борис в свою очередь должен был прикрыть герцогиню.
«Девочка, ты просто не знаешь своих прав, а у тебя их больше, чем у меня и барона вместе взятых. Значит так, сегодня днём подойдёшь к господину Ефратову… Да, к Игорю Демьяновичу, к адвокату. Завяжешь разговор…»
«А если он не захочет помочь?» — спросила Дарья испуганно, когда Жлобина сказала, о чём надо говорить.
«Захочет. Думаешь, адвокату его уровня нужны разговоры за спиной, что он отверг сироту княжеского рода? Простите, ваша милость, я не хотела вас…»
Но Дарья лишь отмахнулась, требуя отставить этикет и дальше изложить весь план. Герцогиня рассказала, что Ефратов привёз с собой гербовые бумаги для подписания сделки, и наверняка у него есть ещё про запас. Поэтому он выполнит просьбу княжны, которая покажется мелочью, и даже проконсультирует, рассказав подробнее о её правах.
Затем, получив бумагу, княжна на балу должна будет подойти к барону. Подождать, когда тот выпьет бокал шампанского, и расслабит разум… Если что, герцогиня перед этим сама предложит барону тост.
Лишь потом подойдёт княжна и то, что она потребует от барона, должно будет его испугать.
«А если… А если он не испугается⁈» — в этот момент Даша, помнится, слегка запаниковала.
«Он испугается», — уверенно сказала герцогиня, — «Девочка, на балу ничего для смелости не пей, алкоголь всё испортит. Это табу! Если только воду, тебе нужна ясная голова.»
Княжна сразу же кивнула.
«Мы поставим барона в такие условия, что ему придётся решить всё сразу же. Адвокат Ефратов будет рядом, и с бала барон тебя не выгонит. Тем более, твоя просьба не будет противоречить закону», — тут герцогиня улыбнулась, — «Но Иван Вячеславович заспорит с тобой, станет уговаривать… Дальше уже показываешь гербовую бумагу, и барон её подпишет.»
«А если не подпишет?»
Герцогиня улыбнулась, понимая, что перед ней ещё по сути ребёнок, которому предстоит многому учиться. В свои двадцать княжна ещё не принимала собственных решений, и не знала законы жизни. Ведь выигрывает не тот, кто придумывает себе оправдания, а тот, кто действует.
Но ребёнку нужна была чужая уверенность, чтобы взрастить свою, поэтому герцогиня сказала:
«Подпишет, потому что ты потребуешь, как княжна. Если надо, девочка, закатишь скандал… Ты женщина, пользуйся этим. А дворяне очень любят скандалы, особенно на таких пышных приёмах, и рассказывают потом друг другу. А чтобы барон вдруг не передумал потом, на балу появится сам Борис Грецкий.»
«А если не появится?»
«Появится».
Правда, тут голос самой герцогини едва не дрогнул. Но Елена Павловна понимала, что её вера в успех плана сейчас работала за двоих, поэтому даже виду не подала.
Конечно же, княжна не слышала мыслей герцогини о том, что если Грецкий не успеет на бал, то они оба — и Грецкий, и сама Жлобина — обречены на поражение. Потому что у чистокровных тоже свои планы, и с жертвами они не считаются.
Демиденко давно не закатывал таких балов. Горели напитанные эльфийской волшбой люстры, пылали горящие орочьим огнём камины. Шампанское лилось рекой, и громадная гостиная буквально звенела звоном бокалов и смехом гостей.
Гости были не только из близких селений, вроде Кушвы, таких же малых, как и Качканар. Новости о приезде московского адвоката Ефратова и о сделке барона с пермской старательницей добрались и до Нижнего Тагила, и даже до самого Екатеринбурга. Оттуда приехали именитые орки и эльфы — все надеялись познакомиться со звездой вечера и завести полезные связи, а сам барон и герцогиня тоже спешили подкрепить с гостями давнюю дружбу.