Но всё же скрипнули входные двери, и самодовольная улыбка стала медленно сползать с лица барона Демиденко…
Дорогие читатели, будет прода. Я в это верю!
Глава 2
Помощь тут и там
Ранее…
То ли от холодной воды, то ли от мучительного обратного превращения, у меня таки свело одну ногу. Волшба волшбой, но если такое происходит посреди глубокого водоёма, трудно подавить панику. И всё же, слушая ласковый голос Велены, успокаивающей меня, я перевернулся на спину и кое как доплыл с помощью всего одной ноги, пока не упёрся в камыши.
Там мне пришлось здорово извозиться в трясине, потому что прыгать по глубокому илу с травмированной ногой то ещё приключение. И как назло, когда я всё-таки выполз на твёрдую сушу, ногу отпустило. Лёжа на ледяной земле и чувствуя, как собачий холод вгрызается не только в плоть, но уже и в кости, я думал, что это несправедливо. Не таким должен быть мир, полный волшебства и чудес… Я должен махнуть волшебной палочкой, высушить одежду и согреться. А не вот это вот всё!
— Где ж ты слышал о таких чудесах? — усмехнулась Велена, слушавшая мои озябшие мысли. Я от неё особо их не скрывал, потому что потихоньку научился доверять.
Ведьма, при всей её стервозности, всегда начинала волноваться, как только мне начинала грозить настоящая опасность. Потому что понимала, что моя смерть — это её смерть. И, если честно, её опасения за мою жизнь очень согревали мне душу.
— Много думаешь, мало делаешь, — проворчала Велена, — Согрейся гномьим камнем. Одежду Копани не забудь, её лучше вообще сжечь. Вставай давай, дурень!
Я едва не захныкал, обнимая пальцами потеплевший от моего мысленного приказа иолит. Как же хорошо, что этой ночью не было заморозка, иначе мне было бы ещё хуже. Но я всё же встал и побрёл подальше от берега, чтоб скрыться среди деревьев. Подождал, всматриваясь в далёкие огни баронова особняка на том берегу — есть ли погоня?
Наконец, в небольшом овражке разжёг костёр, где более-менее согрелся и стал думать, как быть дальше. Кидая в шипящие дрова одежду гнома, я подумал, что он мне этого не простит. Впрочем, всего лишь одним долгом больше… Новую ему куплю.
Уже привыкший к тому, какой же удобный это инструмент — гномий иолит — я спросил у него, не опаздываю ли куда-нибудь, и камушек лениво затрепыхался. А значит, время у меня ещё было.
Высушив над костром одежду, теперь пахнущую болотом, я просмотрел свои скудные запасы. Меч «Убийца Троллей», гномий камень, родовой кулон Грецких. А ещё зелье чутья крови, зелье «звериной скрытности» и зелье «ночного зрения». Ну и оборотное зелье, в которое осталось только добавить кровь кукловода, она у меня была с собой. Велена предупредила, что после добавки зелье сразу надо выпивать, больно быстро портится.
Со всем этим я должен был придумать, как мне штурмовать веригинский… кхм, нет, не веригинский! Это дом моей матушки, который чистокровные наверняка осквернили своей мерзкой чёрной волшбой.
— Вот тут ты прав, орф, — усмехнулась Велена, — Кроме как мерзкой, по другому их волшбу не назовёшь.
Но как его штурмовать, всё равно надо было подумать. Захар как-то показывал мне небольшой особнячок в центре Качканара, не так далеко от сгоревшего пансиона эльфа Древнёва, у которого я снимал комнату. Тогда, глядя на вполне симпатичный особнячок, я подумал о себе много нелестного… О себе прошлом, кто продал этот дом за долги, да ещё и здорово продешевил.
Нет, конечно, с боем возвращать себе особняк матери я сегодня не буду, для начала надо бы вернуть себе имя и законность. А уж потом искать способы… Правда, купец уже на том свете, но думаю, всё равно смогу найти концы той сделки.
А для начала я должен выполнить просьбу Жлобиной. Она обещала, что на вечерний бал я смогу войти уже открыто, не как преступник, а как потомственный дворянин, которого ни в чём не обвиняют. Пусть я буду всё тот же балагур Грецкий, но ведь не преступник же.
Снова и снова я прокручивал в голове разговор с герцогиней, и думал, где и как можно было поправить свою речь. Такая битва, когда с головой окунаешься в чёртовы дворянские законы, мне казалась труднее, чем просто махать мечом. Да даже волшбу осваивать легче!