Что-то в этом проходе было неправильно. Вот только что? Проход как проход. Над головой мох, стены из природного камня, наверное, раньше это было русло подземной реки. Потом река вымыла все мягкие породы и ушла ниже, а проход остался. И что в этом неправильного?
- Пол слишком ровный, - дал подсказку внутренний голос.
- Точно, - Грег хотел хлопнуть себя по лбу, но вовремя остановил руку. Не хватало еще самому себе дополнительные проблемы организовывать.
Вот что было неправильно в этом проходе, слишком ровный пол. Как бы ни старалась река некоторые горные породы ей не по зубам. Пол явно выравнивали. Причем кажется вовсе не физической силой, слишком тут все гладко. Тогда чем? Магией? Кому понадобилось выравнивать пол в этом проходе магией?
Вопросы стали возникать в голове Грега как из рога изобилия. От такого умственного усилия голова снова заболела. Так передышка. Медленно минуты уплывают в даль. Дышу медленно и думаю о хорошем. По-хорошему думать я сейчас должен о еде. Вот о ней и буду думать. Грег закрыл глаза. Перед ними помчались тарелки с разнообразными блюдами. Живот скрутило спазмом. Грег открыл глаза, ну уж нет. Никаких мыслей о еде.
Впереди раздался непонятный скрип. Похоже на шаги. Кто-то приближался. Взгляд Грега заметался. Норки нет, щелочки нет, спрятаться негде. Тут взгляд его зацепился за каменную полку, поперек прохода. Она располагалась над светящимся мхом и с прохода была не так заметна. Грег кое-как разместился на ней и затих.
Шаги приближались. Кроме привычного топота уши Грега улавливали и другие звуки. Слышался скрип, треск и позвякивание. Что-то непонятное приближалось. Шаги все ближе и ближе. Грег вжался в полку, чтобы стать еще более незаметным. Под ним прошел скелет. Грег вытаращил на него глаза. Скелет поражал взгляд своим нарядом. В костлявых руках он нес два ведра, спереди на нем был надет передник, под передником виднелись остатки полосатой рубахи, на голове поварской колпак, за поясом поварешка.
- Колоритный кок, - сказал внутренний голос, - но я бы таким поварам себя кормить не доверил. Он себя-то прокормить не может, смотри как отощал.
- Это вообще-то скелет, - ответил Грег, - магическое создание. Наверное, он при жизни поваром был, поэтому его хозяин на кухню и определил.
- Ну раз у этого хозяина есть кухня, на которой работает повар, может у него можно на ней еды позаимствовать? – спросил внутренний голос.
- Я красть ничего не буду, - ответил Грег.
- А кто говорит красть? – возмутился внутренний голос, - покажите мне этого негодяя, я сам его отшлепаю. Ты у нас вроде и не богатенький буратино, но деньги-то у тебя были. Оставишь за еду плату и все в порядке.
- Не получится, - тяжело вздохнув ответил Грег, - река кошелек сорвала.
- Вот, а я говорил, что деньги нужно хранить в надежном месте, - сказал внутренний голос, - за пазухой, а еще лучше в штанах, в потайном карманчике.
- Это когда было? – удивился Грег.
- Постоянно, - не терпящим возражений тоном ответил внутренний голос, - постоянно. Ладно, нет денег, оставишь записку. Мол так и так, не по злобе великой, а исключительно терзаемый муками голода был вынужден позаимствовать немного еды из ваших запасов. Прошу понять и простить. Искренне ваш доброжелатель.
- Что-то это какая-то ерунда, - немного подумав сказал Грег.
- Ты что хозяину еды добра пожелать не хочешь? – удивился внутренний голос.
- Обычно скелетов поднимают некроманты, - ответил Грег, - а они добротой как-то не блещут.
- Ну не хочешь писать «доброжелатель», напиши «не доброжелатель», делов-то, - сказал внутренний голос, - так тихо, возвращается, корму подбери, салага, а то заметит.
Грег снова вжался в полку пропуская скелета назад. Тот шел, сгорбившись под тяжестью двух ведер воды.
- Интересно, это еще для готовки или уже для мытья посуды? – спросил неугомонный внутренний голос.
- А для меня есть разница? – спросил в ответ Грег.
- Огромная, - сказал внутренний голос, - если для готовки, то нам придется еще немного поголодать пока приготовится, а значит наше присутствие может быть обнаружено, а если для мыться посуды, то еда уже есть и ее надо только экспроприировать у врага рода человеческого.
- Как ты пафосно его назвал, - усмехнулся Грег.
- Ничего ты не понимаешь, - сказал внутренний голос, - чем могучей враг, тем более весомым становится любой даже самый маломальский урон, нанесенный ему. Победа складывается из самых маленьких кирпичиков. Вот сейчас ты его оставишь без обеда или без ужина. Он с голодухи не сможет придумать какое-нибудь пакостное заклинание. Придет рыцарь в сияющих доспехах, а некроманту ему и противопоставить нечего, ибо голодный. И все рыцарь победил, все ликуют, праздник, веселье, красота.