— Вы меня расплющите! — она устроила целое представление, выбираясь из двойного объятия, а затем понеслась в утреннюю гостиную. — Печенье с шоколадом! — сообщила девочка.
— О, Господи, — проворчал Мельбурн и последовал за дочерью.
Элинор хихикнула, все еще крепко обнимая тетю за плечи. В компании своих братьев она чувствовала себя в безопасности, но только в присутствии тетушки Тремейн ей было… уютно.
— Боже мой, Нелл, — пробормотала Глэдис, так же крепко обнимая девушку в ответ. — Ты пугаешь старую женщину, обнимая ее с такой силой. Что-то не так?
— Просто у меня было несколько необычных дней, — ответила Элинор, неохотно выпуская тетю из объятий и отступая назад, — и я ощущаю потребность в хорошем объятии.
— Тетя Нелл объявила о своей независимости, — тягуче провозгласила Пип от дверей, ее рот уже был вымазан шоколадом.
— В самом деле?
— Она это сделала, — подтвердила Пенелопа, потянув Элинор за руку, пытаясь втащить ее в утреннюю комнату. — Я вначале подумала, что она собирается отправиться в Колонии, но этого не произошло.
— Я все еще могу это сделать, — пробормотала Элинор, поймав надменный взгляд Мельбурна, когда вошла в комнату.
— Ты должна рассказать мне об этом все, — проговорила тетя Тремейн, послав лакея за добавкой шоколадного печенья. — Это звучит очень увлекательно.
Элинор очень хотела рассказать своей тетушке об этом, но определенно не тогда, когда Пип и Себастьян будут сидеть в трех футах от нее.
— Все было не настолько драматично, — ответила девушка. — Я только хотела получить немного больше свободы и возможность самой найти себе мужа до того, как Мельбурн выберет мне кого-нибудь из большого количества.
Пип взглянула на своего отца.
— Разве ты держишь мужей в бочке[10], папа?
— Нет. Они сидят в коробке. Очень большой коробке, в которой проделаны отверстия для воздуха.
Тетя Тремейн рассмеялась.
— Твой отец обманывает тебя, Пенелопа. Если бы потенциальные мужья сидели в коробке, то кому-то пришлось бы их всех кормить. А я не могу представить никого, кто захотел бы оплачивать их пропитание.
— Конечно, нет, особенно, если они едят так же много, как дядя Закери.
— Устами младенца, — растягивая слова, произнес Мельбурн.
В течение всего следующего часа они беседовали о том, что Пип изучает со своей гувернанткой, миссис Бевинс, имеющее отношение к обезьянам и Мадагаскару, о моде и о том, кто с кем помолвлен, и о том, кто до этого момента устроил лучшие и худшие приемы в этом Сезоне.
— Я слышала, что уже произошла, по крайней мере, одна драка из-за девицы в этом Сезоне, — прокомментировала тетушка Тремейн. — Леди Истон рассказала мне.
— Мы все знаем, как серьезно нужно воспринимать все, что она рассказывает, — заметил в свою очередь Себастьян. — В самом деле, тетя.
— Правдивы эти сплетни или нет, но они, по меньшей мере, интересны. Но леди Истон утверждает, что она слышала эту историю от знакомого, который слышал ее от кого-то еще, потому что она сама никогда не посещала ни одной безнравственной вечеринки у Бельмонта, так что я не уверена, насколько серьезно следует это воспринимать. Тем не менее, об этом можно отлично посплетничать.
— А кто подрался? — захотела узнать Пип.
Элинор хотелось провалиться через персидский ковер и сквозь пол. Если Мельбурн когда-нибудь узнает, что произошло, и что это случилось у Бельмонта, восстание тут же закончится. И она получит по заслугам все то, что он придумает для нее.
— Никто не знает, дорогая. Это был маскарад, так что все, что леди Истон смогла рассказать, так это то, что, как сообщили, пантера ударила лису по носу, а затем унесла прочь черно-красного лебедя и увезла его в экипаже.
— Я думаю, что это романтично, — заявила Пип.
На мгновение закрыв глаза, Элинор молча послала благодарственную молитву за то, что никто из домашних не видел ее в том платье. Деверилл был прав, когда посоветовал ей уничтожить его, хотя после того, как Стивен Кобб-Хардинг грубо лапал ее в нем, она все равно никогда снова не надела бы его.
— Чей это был экипаж? — спросил Мельбурн, погрозив пальцем Пип, когда та попыталась стянуть еще одно печенье.
— А в этом месте, я боюсь, детали становятся до абсурда расплывчатыми. Так как Мариголд слышала все это из третьих рук, то она не уверена, была ли это карета Принни, лорда Уэстфилда или твоего друга лорда Деверилла, — дама хихикнула. — Я сама склонилась бы к версии, что это Уэстфилд, потому что известно, что он и раньше бил людей.