Честно, если бы не моя улучшившаяся память, информацию из начала я уже забыл бы к этому моменту, а ведь дальше следовала ещё одна лавина информации. О том как маневрировать в бою, сбивать равновесие противника, блокировать и парировать атаки. Блять, лучше бы сразу в спарринг меня отправили, ей богу. У меня башка начала закипать под конец всех его объяснений. И ведь вроде бы полезная информация, но запомнив её, я не научился её правильно использовать, а значит боевой мощи у меня не прибавилось.
— Так, для начала тебе и этого сойдёт, — наконец закончил с теорией Мелиодас, заметив поднимающийся от моих ушей пар. — С самым простым для тебя мы закончили. Теперь начнётся сложная часть.
— Не пугай меня, — всполошившись, встретился я взглядом с Мелиодасом, пытаясь понять, про что он сейчас говорил.
— Бан, ты же заметил, что от него вообще не чувствуется маны? — обратился к своему товарищу мелкий.
— Ага. Мне сначала показалось, что это его способность или какой-то артефакт, но видать это не так, — ответил развалившийся на земле белобрысый с бутылкой эля в руках. — Это создаёт некоторые проблемы.
— Именно, — кивнул Мелиодас, переведя взгляд обратно на меня. — Начнём с того, что каждая способность использует ману. Молнии Гилсандера или невидимость Голгиуса питаются с помощью маны, в тебе же маны не чувствуется совсем, а значит, что изучить какое-либо заклинание или способность у тебя не получится.
— Но использование этой вашей маны ведь не только этим ограничивается, верно? И как-то вы спокойно отреагировали на то, что у меня маны нет, это нормальная история? — сразу задал я несколько вопросов, увидев каменные лица этих двух.
— Вообще нет, — покачал головой Мелиодас.
— Никогда такого не встречал, — поддакнул ему Бан, оставив меня в немом бессилии.
— И ты прав, мана используется для различных манипуляций, которые не ограничиваются одними лишь заклинаниями, поэтому тебе было бы сложно сражаться с противниками своего уровня, — быстро закрыв эту тему, ответил на мой первый вопрос мелкий. — Вот только у тебя есть твоя неизвестно как работающая способность, делающая тебя неосязаемым. Она даёт тебе огромное преимущество в сражении даже с противниками твоего уровня и выше. Например, во время вашей вчерашней потасовки ты продемонстрировал один из вариантов её использования.
— Это когда мы подзатыльниками обменивались? — бросив косой взгляд на скучающего Бана, ожидающего своей возможности отыграться на мне во время спаррингов, спросил я.
— Да. Большую часть времени ты можешь находиться в состоянии неосязаемости, становясь материальным лишь перед моментом, когда твоя атака должна попасть по противнику. К тому же, этим можно воспользоваться для того, чтобы создать иллюзию того, что ты сам иллюзия или двойник, тем самым атаковав противника в тот момент, когда он не ожидает этого, — расписал всё Мелиодас. — Всё ограничивается лишь твоей фантазией и возможностями этой способности. Как пример можно обезоружить противника, на мгновение вырвав оружие из рук.
— Я понял, понял, ну а как мне стать ещё сильнее? Магия мне не доступна, но…, — хотел было продолжить я, но ответом на мой незаконченный послужили разведённые в стороны руки.
— Без маны, мне непонятно как ты добрался даже до своего нынешнего уровня физической силы, что уж говорить про дальнейшее развитие, — сказал мелкий, отходя в сторону. — По крайней мере, могу сказать, что, если у тебя появятся соответствующие навыки и опыт, с твоей неосязаемостью ко всем атакам ты сможешь одолеть большинство Святых Рыцарей, а вполне вероятно и кого-то из нас.
Ну, что ж, новости были не из приятных. Мало того, что колдунства, по словам Мелиодаса, мне были не доступны, из-за отсутствия маны, так ещё и развиваться дальше хуй знает как. Единственный путь для меня на данный момент — учиться сражаться и давить противников с помощью своей хитрости, опыта и неосязаемости. В принципе, как и сказал Мелиодас, пока этого должно быть достаточно для большинства противников на нашем пути, вот только начиная с Серого Демона мне пизда. Они тупо в несколько раз сильнее меня физически и решить это с помощью неосязаемости не получится. Разве что только смотаться от него, сверкая пятками.
— М-да уж, можно хотя бы как-то почувствовать эту вашу ману? — более-менее смирившись со своей ситуацией, поинтересовался я, посмотрев на Мелиодаса перед собой. — А то столько на ней завязано.
— Хорошо, — протянул он руку для рукопожатия. Недолго думая, я пожал его руку и ощутил идущий по руке тонкий, едва заметный тягучий ручеёк прохлады, который быстро растворялся в предплечье. — Ну что?