Номер Греха попал ей в руки совершенно случайно. Девушка долго думала и все же решила позвонить. Видеть Макса вживую Милена не была готова, а вот поговорить — совсем другое дело. Ей нужен был этот разговор. Высказаться. Объясниться. Сказать, что не держит на него зла.
— Виноват. Я это понимаю. Сделал тебе больно. Прости.
— Тебе тоже досталось, — опять шмыгнула носом Милена.
Вместо облегчения Макс начинал злиться. Кулаки нервно сжимались до белых костяшек. Желваки ходили ходуном. Закрыв глаза, Грех снова вспомнил Настю и ее мольбы о прощении.
«Нет», — четко решил Макс.
— Ты пьешь лекарства? — осторожно спросила Милена.
— Да, а ты? — слегка усмехнулся он, поглядывая на открытую бутылку виски.
— Да. Мне выписали много всяких непонятных препаратов, — улыбнулась в трубку девушка.
Оба даже не заметили, как проболтали больше часа. Милена потихоньку перестала хныкать и даже начала улыбаться. Воздух в легких стал свежее, когда Макс ощутил ее улыбку. Эта девочка, вернее, ее состояние была важна для Греха. И дело совсем не в Яре или Викторе. Между ними образовалась связь. Странная, но связь.
После нападения в клубе Макс начал относиться к Волковой как к младшей сестре, которой у него никогда не было. Отчасти он стал больше понимать Виктора. Тот в свое время тоже возился с Максом как с малым дитем.
— Уже поздно, тебе нужно отдыхать, — серьезно произнес Грех.
— Тебе тоже, — по-доброму усмехнулась Волкова.
От страха перед этим, на первый взгляд, злым доминантом у девушки ни осталось и следа. Оказалось, Макс — интересный собеседник и умеет слушать. Весь разговор на уме у Милены вертелось лишь одно имя. Имя человека, что поднял ее на вершину и больно толкнул в яму боли.
Про Яра Макс не спрашивал. Знал, что девочка хочет узнать, где он и когда вернется. Грех и сам еще не успел толком объясниться с другом. Знал только, что Ветров впал в несвойственную ему депрессию. В своих коротких сообщения Сэм Уильямс, старый друг, описывал состояние Яра. Ничего хорошего там не было. Ветров начал много пить и мало пользоваться услугами нижних. Мало означало, что он совсем отказывался от девочек, которых ему предлагала Хелен, хозяйка лондонского клуба БДСМ.
Винить друга Макс не мог. Все было скорее наоборот. Чувство ответственности за произошедшее грызло и разрывало на маленькие частицы. Грех понимал мотив Яра, но унять жалость к Милене оказалось невозможным.
В дела парочки он решил не лезть. Пока. Когда понадобится, он протянет руку помощи и Яру и Миле, но пока этим двоим нужно было время. Много времени.
В голову опять начали лезть мысли о Буренке.
Злость возникла в тот самый момент, когда Макс закрыл глаза. Образ Насти на коленях вызывал совсем не те эмоции. Аккуратно потянувшись, как сытый лев, Макс поправил слегка выпирающий бугор на штанах в районе паха.
Списывая возбуждение на отсутствие секса и сессий, Грех так и уснул на диване.
Глава 7
Утро, как всегда, раздражало. Макс нехотя поднялся с дивана, на котором провел всю ночь, и сонный побрел на кухню. В холодильнике все еще стоял кефир и валялась пару булочек. Почему они лежали именно там, Грех помнил смутно. Наверное, кинул все вместе, ведь вчера мысли поглотила настойчивая и противная Буренка.
Телефон неприятно пиликнул, завибрировал, короче, делал все что можно, чтобы хозяин обратил внимание на количество входящих сообщений.
— Идиоты, — зло ругнулся Макс, отвечая разработчикам по очередной ошибке в коде. Грех мог найти иголку в стоге сена, пылинку в темной комнате и ошибку в полотне программного кода с закрытыми глазами.
Не отлипая от телефона, он просидел на кухне добрый час. Его команда знала, что начальник на больничном, но проект никто не останавливал ради него. Заказчик ждал свой продукт уже через месяц, а работы, как всегда, было на два месяца, а лучше три.
Обматерив всех и каждого, злой Макс отправился в ванную. Доктор запретил принимать контрастный душ, отчего настроение всегда портилось. Именно холодная вода помогала оставаться в тонусе. Раньше у него было все: Тема и возможность остудить пыл, когда под рукой не оказывалось покорной мазы-сабочки и кнута. А теперь у него забрали все. Даже проститутку не хотелось заказывать, хотя Макс был уверен, что доступ к этому развлечению Виктор тоже ему перекрыл.