Не суждено было насладиться кофе в тишине. Словно ураган, в кухню ворвался Макс. Именно ворвался. Все такой же потрепанный и сонный. Увидев в руках Насти кружку с темным напитком, без вопросов или стеснения отобрал ее.
— Ам… — закрыла она на полуслове рот.
Игнорируя ее, Грех сделал пару глотков и непонятно фыркнул.
— Ну теперь понятно, почему Виктор тебя нанял, ты кофе делать умеешь, — язвил Макс.
— Можно без оскорблений? — совсем тихо буркнула Настя.
— Можно, но так неинтересно, — усмехнулся Грех.
— Так что мне делать?
— Прибери. Постирай. Жрать приготовь, — спокойно перечислил Макс попивая чужое кофе. — О, Буренка…
— Я… — опять вырвалось у нее.
— Не перебивай меня, — продолжил спокойно Грех. — Никогда, понятно?
От этого «понятно» у Насти зашевелились волоски на руках и еще кое-где, но об этом она решила не думать. Выдохнуть тихо не получилось, у нее вырвался тихий писк вместе с воздухом. Уняв дрожь в пальцах, она еле заметно кивнула.
— Да, м… — Вовремя прикусила губу.
«Черт!» — зажмурилась и сжала кулаки.
— Умница, Буренка, — улыбнулся уголком губ Максим. — Завтрак приготовь.
Опять кивнув, стараясь не встречаться с ним взглядом, Настя метнулась к холодильнику.
«Что это было?» — нахмурился Грех.
Отставив пустую кружку, он по привычке открыл нужную дверку, достал любимый янтарный напиток, взял на столе пару таблеток, быстро закинул их в рот и запил из бутылки, даже не наливая виски в стакан.
— Что ты делаешь? — послышался дикий крик.
Настя подлетела к Максиму и схватила бутылку. Больно цокнувшись зубами об горлышко, Грех с матом отпустил ее.
— Блять, Буренка, — рявкнул Макс, прикрывая рот ладонью. — Какого хуя?
— Нельзя запивать таблетки…
— Я тебя, блядь, спрашивал? — бушевал он. — Отдай бутылку!
— Нет, — спрятала за спину руки.
Макс сам не понял, как оказался рядом. Его трясло от злости. Странным оказалось то, что он разозлился не из-за того, что Настя забрала виски, а из-за ее непослушания. Доминант в нем рвал и метал. Требовал наказать негодницу, поставить на колени, дать по заднице, заставить голой лазить по дому на четвереньках.
В голове вырисовывались новые и новые идеи, однако Грех лишь зло рыкнул, находясь на расстоянии пары сантиметров от ее лица.
— Отдай, — процедил он сквозь зубы.
Не стоило Насте отрицательно качать головой. Последняя капля и так маленького терпения Греха разбила его самообладание на мелкие кусочки.
Рука сама потянулась к тонкой шее, скрытой почему-то теплой водолазкой. Возвышаясь над мелкой блондинкой, Грех внимательно смотрел на ее лицо. Точно так же он всегда изучал своих нижних, перед тем как начать сессию. Вбирал, считывал их эмоции, угадывал самые сокровенные тайны и желания.
Еле заметная ухмылка озарила его лицо. Находясь лишь в паре сантиметров от ее губ, Макс демонстративно облизнулся.
Тело превратилось в глину, ни руки, ни ноги не слушались Настю. С трудом удавалось держать бутылку, чтобы та не упала и не разбилась о кафель. Его взгляд прожигал насквозь. Раздевал и забирался под кожу. Чем дольше он смотрел ей в глаза, тем лучше она понимала, почему все его хотят и боятся.
«Он действительно восьмой смертный Грех, — осознала Настя, громко сглотнув.
— Будь умницей и отдай мне виски, — прошептал в ее губы Макс.
Горячая волна прошла вдоль позвоночника, кольнула в пояснице и остановилась между ног. Стараясь не издать позорный стон, Настя лишь глухо всхлипнула, словно маленькая девочка. Его дыхание обжигало кожу, прикосновения не были противны, что больше всего пугало. Подсознание кричало «Нет!», а тело продолжало таять, как свеча от яркого пламени.
Словно под гипнозом, Настя протянула Максиму бутылку.
— Умница, Буренка, — сразу отпустил и отстранился на безопасное расстояние Грех. — Жду завтрак.