— Хочешь сладенького? — огладил красную скулу Сэм.
— Да, Мастер Сэм. Пожалуйста. Умоляю, — из глаз девушки потекли маленькие слезки. Она терлась щекой об руку Уильямса как кошка в надежде получить молочка.
Доминанты вновь переглянулись. Сэм бросил короткий взгляд на кнут и перевел его вверх к цепям, что свисали с потолка. В мгновение ока на руках Линды оказались наручи с металлической цепочкой. Девушку поставили на ноги и приказали поднять кури вверх. Из-за разницы в росте, Сэм спокойно спустил цепь с карабином и зацепил за цепочку на наручах.
— Выше, — не глядя на Макса попросил Сэм.
Глазами Уильямс пожирал Линду. Малышка хорошо выдержала кнут и даже обслужила их по высшему разряду. Не мычала, не выла, а покорно принимала что дают. Редка Сэм дарил нижним девочкам такое наслаждение какое задумал для Линды.
— Ой, — пискнула саба когда натяжение заставило подняться на носочки. Она фактически висела, касаясь мягкого ковра кончиками больших пальчиком.
Наблюдая за барахтающейся девушкой, Грех вопросительно поднял бровь когда Сэм поставил перед ней… стул.
— Не заденешь меня?
— Обижаешь! — заржал на всю комнату Грех.
Линда то жмурилась, то широко раскрывала глаза. Тело не слушалось. Дыхание постоянно сбивалось. Девушка морально готовилась в штрафным ударам. Она не сразу заметила Мастера Сэма перед собой. Слишком сильно углубилась в себя.
Разместившись на стуле, Сэм предусмотрительно скинул рубашку. Литые мышцы заиграли при приглушенном свете. Обхватив Линду под коленями, он потянул девушку на себя. Та испугавшись невольно дернулась, за что получила громкий шлепок по заднице.
— Не смей кончать, пока не разрешит Грех. Ясно? — слегка хриплый низкий голос Сэмуэля пробирался под кожу Линды. Растекался теплой волной впадая в океан, что и так бушевал между ног.
— Да, Мастер С-сэм, — громко пискнула когда шершавый язык лизнул горячую кожу на внутренней стороне бедра.
Неконтролируемая дрожь побила все тело. Линда забыла как дышать. Из ее горла выходили глухие стоны на грани с хрипом. Действуя очень медленно Сэм приближался к напряженному узлу страсти и похоти, что скрутился между ее ног.
Первое касание языка Мастера к ее лону Линда запомнил на всю жизнь. Выгнувшись дугой, девушка взвыла от наслаждения. Пальцы на ногах поджались от сладкой пытки. Уильямс изучал ее. Водил языком от лобка до анальной пробки. Слизывал ее соки пошло причмокивая. Настала его очередь есть “мороженое”. Линда возвышалась в небеса с каждым новым движением языка.
Взлетала, но Грех вернул ее в реальность. Уронил с высоты птичьего полета, роняя на раскаленные угли, что невыносимой болью обожгли, итак, истерзанную спину Линды.
— Счет, — рявкнул Грех отвесив первый удар и слушая дикий женский вой.
Пребывая на грани безумия, Линда смогла выдавить из себя злосчастное “Раз”. По щекам текли слезы. Спина болела, а между ног творилась магия. Контраст боли, и насаждения сметал все преграды. Девушка невольно подумала, что ради такого готова вынести еще пять ударов. Лишь бы Сэм не останавливался, лишь бы Грех разрешил кончить.
Наблюдая за сладкой пыткой, Грех решил дать девушке передышку. Не каждый мужик может вытерпеть такое, а тут хрупкая сабочка. Оказавшись рядом, Макс принялся прокручивать пробку. Вынимать на половину и загонять обратно. Действуя сообща, Сэм и Грех быстро набрали один темп. Сэм прикусывал клитор именно тогда, когда Грех всовывал пробку обратно.
Громкие стоны заполнили комнату. Линда словно тряпичная кукла полностью отдалась на милость садистам. Что-то бормотала, иногда вскрикивала и умоляла. Сэм уже три раза останавливался прерывая оргазм. Грех молчал как рыба.
— Пожалуйста, — хныкала Линда. От безысходности девушка заверещала. Боль в теле передавалась через каждую клеточку.
— Раз дама просит, — оскалился Грех оставляя ее попку в покое. Пробку он вынул и откинул на пол.
— Хорошая девочка. Умница, Линда, — подбадривал и в то же время насмехался Сэм.
Язык сменили пальцы. Собрав достаточное количество влаги, Уильямс принялся трахать ее сразу двумя пальцами. Второй рукой он все также придерживал ее под коленом. Каждый раз, когда саба пыталась убрать ногу с плеча дома, получала шлепок и грозное “Линда!”.