– Тони, ты идиот, я сейчас не о себе.
– О-у, Томас снова заставляет тебя быть посредником между им и Шириан?
– Дай мне сил! – Нет, Тони, сейчас дело не в нём.
– Что, у моего милого братика появилась наконец женщина, ха-х!
– Представляешь, появилась, а ты даже ещё не в курсе.
– Антонио! – Как я счастлив! – Наконец-то ты тоже начнёшь трахаться, а не как подросток просто дрочить.
– Эм... – Ладно. – Не буду вам здесь мешать.
– Том, док заходил?
– Да. – Просил передать, чтобы она пила больше жидкости.
– Жидкости... – Почему? – Что то произошло?
– Вроде всё хорошо. – Просто она уже начала почу-чуть бодрствовать, первые приёмы пищи должны быть только водой.
– Понял. – Спасибо, Том.
– Воу-воу полегче, вы что там уже успели без меня натворить.
– Прикуси язык. – И возвращайся откуда потерялся.– Я устал за тобой разгребать всё дерьмо!
– Хэй, да ладно тебе, братец, – Для тебя это только в кайф. – Ты же любишь у нас экстремально-извращённые способы убийств!
– Заткнись! – ЗАТКНИСЬ БЛЯДЬ! – Набросившись на Тони, я готов был по частям разодрать его на куски, но Том, как и всегда, успел перехватить нашу стычку, подскочив между мной и Тони.
– Только благодаря этим рукам, ты ещё ходишь по этой земле и разбрасываешься моими деньгами на свои побрякушки, подонок! – Если бы не я, ты бы уже давным-давно сдох! – Твои мозги в 24 года только и думают о шлюхах и наркоте! – Ты блядь не заработал ещё не копейки! – А уже натравливаешь на меня свои проблемы!
...
– Так будь любезен, хоть здесь не лезь в мою жизнь! – Иначе, ты пожалеешь, что начал.
– Ого... – Видно сильно влюбился. – Ладно, больше не лезу. – Жест капитуляции руками вверх, любимая игра моего младшего кровного братца Тони. Сколько себя помню, но именно так, он уходил от проблем. – В детские годы поднимал руки, а сейчас свалит на долгие месяцы, чтобы о нём все забыли и и вновь вернется клянчить. – Строя из себя любящего и преданного братца.
– Если я ещё раз услышу, что ты тратишь бабки на наркоту и наживаешь мне новых врагов. – Ты вылетишь из этого дома, раз и навсегда. – Твой дружок уже поплатился. – Нихуя не умеет вести переговоры.
– Чёрт. – Ты о ком?
– О-о-о, у тебя их оказывается даже несколько. – Потрясающе, значит буду готов. – Вырывая руки из оков Тома, я разворачиваюсь и ухожу от него в сторону гостевой зоны.
– Антонио, стой! – Кого ты убил?
– Антонио, кого ты убил!
– Роба. – Он сам оказал мне услугу.
– Чёрт...
Поворачиваясь в половину я произношу саркостически – Что такое, не у кого больше брать наркоту? – Прищуривая немного взгляд.
– Эм... нет, что ты, я завязал.
– Ага. – Верю на слово, братец. – И отворачиваясь обратно в нужном мне направлении ухожу, видя как Тони уже стучит своими зубами от страха нового пиздеца.
Ничего не меняется.
Ничего.
Глава 12
Антонио
Иногда, борьба со злом кажется нам чем то иным. Чем то недосягаемым...
Но в реальности, зло находится ближе всех. Оно живёт. Растёт. Питается нами. А в последний момент, начинает пожирать изнутри. Казаться истинной силой и важной частью человеческого организма.
Но каждый из нас вправе выбирать. Пойти по этой тропе или же остаться непреклонным своим собственным принципам.
Да, возможно один будет разрушать себя сам, другой же обретет смысл этого разрушения через другое время, убивая всё живое на своем жутком пути.
Потому что фаза разрушения у каждого своя.
***
Находясь с самого рождения в мафии, я научился различать тех, кто является пешкой в чужой игре, а кто занимает главенствующую должность вне её – «Боссы», не поддаваясь ничьему осуждению, забирая в день по сотни человек, лишь бы их эго оставалось выше самого высокого здания мира.
Но за 8 лет своего главенства, я так и не понял одного. Как тот, что был выброшен на улицу в возрасте 13 лет с годовалым братом на руках, смог научиться не только выживать, а жить, подстраиваясь под угрозы коренных мафиозных семей, истребляя на своём пути всех тех, кто желал смерти маленькому ребенку и подростку. И теперь бьётся уже не на жизнь, а насмерть, с этим бестолковым 24-летним пубертатом...
Чёрт, насколько же часто человеку может трахать мозг лишняя информация!
Включая в гостевой мягкий ночник, я прохожу в комнату, откуда сбежал около 14 часов назад и вижу перед своим лицом не спящую на
постели девушку, а сидячую крохотную фигуру на середине кровати, которая выжидающе чего-то ждёт.