Из-за того, что после последнего раза я была в тяжелом состоянии, он не появлялся здесь около года, а когда я снова смогла вернуться в себя, снова продолжил содеянное...
И вот семь месяцев назад мне пришёл в голову план. Если я хочу выбраться, то только сбежав из этой больнице. Там, то есть, находясь у него это просто не возможно.
Заметив, что каждый месяц, в прикроватной тумбочке обновляется пачка, которая скрепляется скрепкой, я смогу выбраться отсюда совсем незаметно, если скрепка будет пропадать по одной.
Спустя семь месяцев моих усилий план проваливался около шести раз, пока в моих руках не оказалась последняя надежда на спасения. Сегодняшняя.
После попытки трёх раз вскрыть замок, я ломала скрепки практически сразу, одна раскололась у меня в темноте. Вторая, когда медсестра заметила движения возле щеколды и третья, когда я упала прямо с ней на бетонный пол, не выдержав в темноте своего появившегося перед глазами кошмара. Куда делись остальные три?
Вероятнее всего, одну я потеряла сама, когда после насильственных издевательств пыталась прийти в чувства. Остальные две спалила врачиха. Точнее только одну. Другая же была выброшена ей в помойку, когда она нарыла из тумбочки использованные упаковки его презервативов, вместе с моей скрепленной тогда ещё скрепкой.
И вот только последняя, седьмая, подарила мне спасения. В ночь на моё день рождения, я смогла вскрыть этот злосчастный замок.
Вставив до упора верхний угол отмычки, я в темноте отыскала второй и поэтапно, ставя каждую сувальду на нужное место, смогла провернуть штырь.
Делая практически бесшумные шаги через комнату дежурного персонала, я увидела, что медлить больше нельзя, когда на месте железного стола, спала молодая врачиха.
Выпрямившись через боль, я набралась смелости побежать. Запомнив лишь один единственный раз маршрут к подвальному помещению, я добралась до серой железной двери меньше чем за минуту, которая в итоге оказалась для меня закрытой. Но рассмотрев получше замочную скважину, я осознала, что он не работал уже давно. Заметив над ржавой квадратной щелью петлю. Счастливая, до ушей, что она располагается с моей стороны, я вылетела, на пьяных ногах прямо на задний двор.
Где обнаружила, что одна железная сетка и мусорка разделяют меня от свободы. И я воспользовалась! Своей последней надеждой.
Встав голыми ногами на чью-то вылитую мочу, я вкарабкалась по мешкам прямо в бак, а затем несколько раз упав, смогла ухватиться за тонкие прутья железа.
Вонючая, с порезанными пальцами рук, я подбросила себя на верх и смогла навсегда покинуть это страшное место.
Находясь в бегах в густом сосновом лесу, я скрывалась около двух дней, пока не заметила асфальтовое покрытие, напоминающее мне автомобильную трассу.
Не знаю сколько я пробыла в ожидании машин, но когда появился мусоровоз, паркующийся неподалёку от места, куда скидывают все отходы.
Я быстро и незаметно пробралась внутрь, накрывая себя одним из контейнеров. Свернувшись вниз головой в зеленом и грязном кузове, я отправилась далеко от беспробудной тишины.
Город, в котором я оказалась всего чуть больше неделе назад, стал для меня местом, настоящей заботы, которую каждый день старалась оказывать для меня Шириан. Пока красивая и слащавая картинка снова не превратилась в моих глазах, в страшную и коварную реальность.
Ощущая на своей щеке горячее прикосновение, я вижу, как мужчина, вытирает слезинку стекающую по моей щеке.
– Я не знаю, что ты пережила. – Но я ясно вижу, что в тебе есть сила, которая никогда не оставит тебя в беде. – Не стоит лишать её этого права.
Замерев на мгновение ока, я только сейчас поняла, что передо мной был тот самый мужчина, что встал на защиту перед тем человеком, который просил меня...хм....отдаться.
– Только, можешь мне сделать одно одолжение?
В полном замешательстве я слабо делаю кивок, но так и не понимаю на что я даю новое согласие...