Ракким уставился на толстяка.
— В чем дело? Думаешь, я не способен сопоставлять даты? — Юноша постучал себя пальцем по лбу. — Я умный.
— Не понимаю, о чем вы, — произнес Стивенсон, — но это очень редкая монета. У меня есть всего одна.
— А мне больше не надо, — ответил бывший фидаин, не спуская глаз с Лео.
— Не приближайся к Хьюстону. Там тиф.
— Ты уже говорил, — напомнил Ракким.
— Держись проселочных дорог. Рискуешь наткнуться на бандитов, но по главному шоссе между штатами постоянно снуют армейские вербовщики. И остерегайся мексиканцев.
Бывший фидаин положил руки на руль проржавевшего «кадиллака».
— Я все понял.
— Тебе захочется выехать на двадцать седьмую автостраду, потому что по ней можно быстрее добраться, но не делай этого, — продолжил Стивенсон. — Под путепроводами прячутся рейнджеры в ожидании неприятностей… или людей, которым неприятности можно доставить. За последнее время исчезло много туристов. Правда, некоторых женщин находили через пару недель, но в таком состоянии, что лучше бы они умерли. Так что двигай в объезд, через Уэйко. Кстати, есть люди похуже рейнджеров. Если увидишь на обочине проселочной дороги кого-нибудь рядом со сломавшимся автомобилем, не останавливайся. Даже если это привлекательная блондинка с младенцем Иисусом на руках.
— Я скажу: здравствуйте, мисс, — проворковал Ракким. — Вам нужна помощь?
— О’кей? — Стивенсон достал новую сигарету. — Сам напросился. Я поставил на «кади» пуленепробиваемые покрышки и обновил броню кузова. Машина быстрая. Страшная, но быстрая. — Он протянул бывшему фидаину пистолет. — Держи. Ничего особенного. Хорошая, надежная пушка. Двадцать четыре патрона в магазине. Самое то, чтобы не привлекать внимания.
Ракким спрятал оружие и ознакомился с управлением «кади». Обычный руль, никакого автопилота, никакого голосового управления, никакой системы предотвращения столкновений. Крепкое американское железо. Идеально.
Стивенсон похлопал машину по борту, когда-то розовому, теперь — тускло-красному.
— Сорок лет назад эта модель была самой распространенной в стране. Многие до сих пор работают. Невозможно превзойти двенадцатицилиндровый двигатель с турбонаддувом по надежности.
— Хлам, — произнес Лео. — Я рад, что никто не видит, как я сижу в этой развалине.
Стивенсон наклонился к юноше.
— Тебе действительно нужен этот придурок?
— Так мне сказали. — Ракким запустил двигатель и прислушался. — Лично я в этом сомневаюсь.
— Раньше китайцы шили для нас тапочки, потому что их труд ничего не стоил. — Хозяин магазина смачно сплюнул. — Теперь они строят в поясе заводы, потому что за гроши работаем мы. Машины, одежда, игрушки, фейерверки. Дешевый труд — все, что мы можем предложить.
— Лучший табак в мире, — напомнил Ракким. — Надеюсь, с ним ничего не случилось?
Стивенсон кивнул.
— А еще на плато Озарк растет лучший в мире опийный мак. Без табака, наркотиков и кока-колы поясу нечем было бы торговать за твердую валюту.
Ракким осторожно газанул.
— Монету не забыл?
Бывший фидаин похлопал себя по карману.
— Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь, — вздохнул Стивенсон.
Ракким вжал педаль в пол, осыпав хозяина магазина градом мелких камешков.
— Мы едем в Теннесси? — спросил Лео.
— Еще нет.
14
Коларузо остановил машину на обочине автострады I-90, кряхтя выбрался из-за руля и заковылял к месту взрыва. В руке его болтался бумажный пакет с собранным Мэри обедом. С момента, когда автомобиль аль-Файзала разнесло на кусочки перед заслоном Службы безопасности, прошло уже пять дней, однако две полосы по-прежнему оставались перегорожены, и водителям приходилось разъезжаться по двум свободным. Мимо пронесся грузовик с полуприцепом. Мешковатый серый костюм детектива затрепетал в потоке воздуха, а вокруг запахло дизельным топливом и чем-то еще более мерзким. Коларузо развернул вынутый из пакета бутерброд с вареньем и арахисовым маслом и, задумчиво работая челюстями, двинулся в обход.
Должно быть, солидную ребята сделали хлопушку. Судя по официальным отчетам СГБ, кумулятивный заряд С-6 со всеми аксессуарами. От взрыва вспучилось покрытие на участке порядка пятнадцати футов. Целая секция расплавилась из-за высокой температуры, и металлические осколки глубоко вошли в размягченный асфальт. Два офицера безопасности погибли, еще троих ранило. Настоящие гении. Вопреки всем ожиданиям, подозреваемый в убийстве «черный халат» и его телохранитель предпочли с шиком уйти из жизни, прихватив с собой еще несколько человек. Мусульмане. Среди них встречалось много хороших людей, но «черного халата», которого бы не хотелось пнуть под зад, Коларузо не знал ни одного.