— Разве это возможно? – его слова вызвали во мне бурю эмоций. Но самым сильным было недоверие. Разве возможно найти затонувшее судно в столь большом заливе.
— Возможно, — откликнулся Марк. – Но ты нам должна помочь. Расскажи то, что рассказала вчера Оливеру.
Снова сбиваясь и путаясь рассказала о крушении судна, начав с момента встречи с Яковым и умолчав о странной смерти Игоря. Я не могла рассказать им, не втянув в разговор черные тени. Но они посчитали бы меня сумасшедшей. А было ли иначе? Возможно, я сама зарезала его осколком битого стекла, а все остальное было плодом моего воображения? Так или иначе, но мой рассказ вызвал шквал вопросов на другую тему.
— Ты видела куда исчезла после падения рубки Арина?
— Что было в тех письмах?
— Как именно звучал выстрел? Он был одинарным? Какое оружие ты видела?
— Яков что-то говорил о знакомых в этой части залива?
— Почему он не выстрелил в Арину?
Но слушая все эти вопросы я лишь отрешенно мотала головой. Я не знала ответы, не помнила. Не видела ничего, так как была растеряна и напугана, поглощена только жаждой мести. Сломлена и раздавлена ужасной картиной смерти Игоря. Я не знала, что окажусь на судне полном копов, не знала, что мне придется рассказывать… А если бы и знала, разве что-то смогла бы изменить? Предупредить Якова?
— Что было до судна? – неожиданно спросил Оливер.
От этого вопроса в моей груди застыл ком. Казалось, что температура в комнате упала на несколько градусов, — Яков не верил тебе, считал, что ты заодно с Игорем Николаевичем. Так расскажи, что было до того, как ты попала на судно? — Но Оливер продолжал. — Я помню, как ты кричала ему в лицо что все вспомнила, нет смысла отрицать.
Я опустила голову и прижала руку к оглушающе сильно бьющемуся сердцу. Я помнила отрывки, фрагменты, но не помнила всего. Не помнила, как писала письма, не помнила, как попала на судно. Фрагменты мозаики словно потерялись вместе с Яковым. Они будто были рядом, но я не могла дотронутся, дотянуться до них.
— Если ты опять начнешь свою песню про то, что ты не помнишь, то я запру тебя в каюте! — Прошипел Оливер и я была полностью с ним согласна.
— Я … не все помню, лишь фрагменты.
— Говори!
Чуть помолчав, я набрала в легкие воздух и произнесла:
— Он появился в моем доме, когда я была совсем маленькой, не больше шести лет. Он был там мрачным, таким жестоким.
— Жестоким? Почему?
— Наша первая встреча прошла весьма… трагично. — Выдавила я и Оливер согласно кивнул. — Тогда он носил рясу и представлялся священнослужителем. Затем он уезжал, но возвращался раз в пару лет. Обычно они с мамой прилетали с Камчатки и жили какое-то время со мной, братом и бабушкой.
Я помолчала, никто не торопил меня чему я была благодарна.
— Когда мне исполнилось пятнадцать он заманил меня в дом на краю нашего райончика и что-то вколол мне…
— Наркотик? - Уточни Марк и я резко согласно дернула головой.
— Кажется да, я не помню точно что это было.. Не помню ничего о той ночи, но утром я была жива. На тот момент это было для меня важным.
— Я бы не назвала это неважным. Ты пришла ко мне еле живая, испуганная, израненная. — Продолжила мой рассказ Илона. Я не заметила, как она вошла, но была ей рада. Сейчас мне не хотелось оставаться один на один с толпой мужчин, пусть даже они были копами. — Он появлялся постоянно в жизни Марии и все портил. К чему эти вопросы! Если вы хотели узнать эту сторону ее жизни, то вам следовало спросить меня! – Голос Илоны, властный и уверенный, заставил всех потупить взгляды. – А сейчас Мари нужно отдохнуть. Если бы я знала, что вы на нее накинетесь как стая коршунов, то не выпустила бы на прогулку.
— Я лишь хотел прояснить ситуацию. Судя по тому, что вы нам говорите, Мария вполне могла быть заодно с Игорем. Или же ты могла знать, слышать о его тайнике.