— Да, — сказала Арина. — У тебя он тоже есть, если ты попытаешься что-то предпринять — они ударят тебя током. Это очень больно, поверь мне! Лучше давай оставим всё как есть! На самом деле сейчас всё даже неплохо, раз они нас кормят, как ты сказала раньше, мы нужны им живыми. Возможно, они потребуют выкуп, а потом отпустят нас. Возможно, мой отец будет меня искать и тогда у нас спасёт и всё будет хорошо! Вот увидишь!
— Слишком много этих «возможно! – буркнула я, но тут же прикусила язык.
В глазах девушки сверкнул огонек надежды. Мне не стоило её переубеждать. Возможно, ей нужно было во что-то верить. Есть люди, которым нужно верить: будь то Господь-Бог или Макаронный Монстр — им это нужно. Тогда они сделают всё, что потребуется: свернут горы, создадут ядерную бомбу или спасут человечество от вымирания. Главное для них — вера. Арина верила, что придут люди и спасут её. Я же доверяла только себе. Мне не на кого было рассчитывать.
— Расскажешь мне, — обратилась я к девушке. — Как ты оказалась на этом судне? Ты помнишь, как именно это произошло?
Но она молчала. Я уже было решила, что девушка мне ничего не ответит, но она встала, обхватила себя руками, как будто старалась защититься, и смерила меня долгим взглядом.
— Ты будешь меня осуждать, я знаю. Я — ошиблась. Я сама виновата в этой ситуации — в том, что нахожусь на корабле.
Я чуть не рассмеялась, но сдержала себя. Неужели в данной ситуации ее волновало мое мнение? Разве мы не должны объединиться для того, чтобы покинуть мрачное место нашего заключения.
— Я не буду тебя осуждать, поверь я не из таких людей. В моей жизни было наломано немало дров — произнесла я, и чуть помолчав добавила. — Уверена, что твоя история не настолько страшна, как тебе кажется. Я вот, целовалась в клубе с незнакомым парнем и брала из его губ наркотики.
Арина невесело улыбнулась.
— Ты права, я не пробовала наркотики, не пила алкоголь и не встречалась с парнями. Самая настоящая зануда. В тот вечер я возвращалась домой из приюта. Я помогаю в местном приюте для собак, работаю у них фотографом.
Арина помолчала. Я не нарушала тишину, давая девушке время собираться.
— Мои грехи хуже твоих. Тем вечером я вышла из приюта совсем расстроенной — мой любимый пёс Рафии умер после долгой болезни. Так вот, я шла домой, когда ко мне подошла старушка с обычной просьбой — помочь донести ее сумку с продуктами до квартиры. Она очень жалобно меня умоляла помочь ей, говорила о больной ноге и тяжёлой старости… — Арина тяжело вздохнула. — Знаешь, я повелась как дурочка. Откуда мне было знать, что в ее квартире меня ждёт несколько человек. Да, я донесла ее сумки, подняла их на пятый этаж и все. Дальше ничего не помню… только то, что дверь открыл высокий мужчина. За его спиной стояло ещё несколько человек...
— А потом? — не выдержала я. — Они напали на тебя?
— Нет, а может быть да, — прошептала Арина так тихо, что мне пришлось подвинуться к ней почти вплотную. — Я помню, как открыла дверь квартиры и все. Дальше ничего не было. Хотя, наверное, было, но я ничего не помню и предпочитаю думать, что ничего не было. В ином случае в моей голове проносятся слишком ужасные картины для того, чтобы смириться с ними.
— Они трогали тебя? — так же тихо прошептала я. — Они делали с тобой… это?
Девушка молчала. Она опустила очень низко голову, ее волосы скрывали большую часть лица, и я не видела ее реакцию. Но, судя по сгорбленным плечам, ей было тяжело говорить.
— Как тебя зовут? — спросила Арина, сменив тему. — Ты мне так и не ответила. Вдруг, ты одна из них. Почему ты мне задаешь так много вопросов? Это странно!
Девушка неуклюже вскочила на ноги и отошла от меня к противоположной стене. Я почти не видела ее за прожектором. Яркий свет бил в глаза, я не могла разглядеть ее фигуру. Поэтому не было смысла смотреть на нее. Я отвернулась, села спиной к прожектору и заговорила. Сначала тихо, но потом мой голос набрал силу.
— Меня зовут Мария, — представилась я ей. — Я родилась в глубинке, совсем далеко от Маджуроса. Про такие деревни, районы и поселения говорят, что это Богом забытые места. Возможно, люди правы — нас забыл Бог. Если вспомнить в какой ситуации мы сейчас находимся.