— Когда я начала гостить у вас?
— Да. — Алисия на пару секунд о чем-то задумывается. — Помнишь тот день, когда ты вернулась сюда после прогулки, а Элис сказала, что мне было плохо?
— Да, конечно, помню, — слабо кивает Ракель. — А что?
— Так вот… В тот день, пока тебя не было, я была дома одна. Элис проводила со своей подругой, а ты проснулась рано и ушла гулять где-то в городе.
Алисия быстро прочищает горло.
— Все вроде бы было хорошо, но вдруг в дверь неожиданно позвонили, — признается Алисия. — Я подумала, что это была Элис. Или ты что-нибудь забыла и вернулась… И поэтому открыла сразу, не посмотрев в дверной глазок. Но лучше бы тогда я в него посмотрела… Потому что в квартиру зашли три человека…
— Три человека? — слегка округляет глаза Ракель.
— Да. У одного из них в руках оказался нож. Которым он угрожал мне…
— Так значит, здесь кто-то был, пока меня не было?
— Был, милая, был.
— Тетушка…
— Ну а пока второй прижал к стенке и схватил меня за горло, третий куда-то ушел. Он начал обыскивать всю мою квартиру, чтобы найти ту статуэтку, о которой я только что тебе рассказала.
— Ничего себе…
— Они начали угрожать мне… Мол, если я не продам статуэтку той женщине, то меня безжалостно убьют. Я пыталась выгнать их и пригрозила, что вызову полицию, если они не покинут мою квартиру, куда эти люди ворвались без спроса. Но увы, все это только усугубило ситуацию…
— Значит, в тот день здесь были люди той женщины, которая оставила вам то голосовое сообщение? — заключает Ракель.
— Да, милая, в тот день ко мне домой пришли сообщники той женщины, — признается Алисия. — Это Эва Вудхам.
— Эва Вудхам?
— Да… — Алисия тяжело вздыхает. — И пока двое ее людей угрожали мне, третий перевернул всю квартиру с ног на голову, чтобы найти ту статуэтку.
— И они ее не нашли? — слегка хмурится Ракель.
— Нет, она очень хорошо спрятана. И тот человек не смог добраться до нее.
— Неужели она хранится где-то в том чулане?
— Да, там есть один потайник, в котором я и храню эту вещь.
— Вы специально спрятали ее от этих людей?
— Я просто была готова к тому, что они могут вломиться в мою квартиру и украсть ее. Вот я и перестраховалась.
— Но ведь вы сказали, что эта женщина нашла вас несколько месяцев назад. Тогда почему кладовка была заперта на протяжении многих лет?
— А зачем держать ее открытой? — неуверенно произносит Алисия. — Там все равно нет ничего интересного. Я складываю в той комнате все, что мне уже давно не нужно.
— Но ведь там были кое-какие мои игрушки. Украшения для рождественской елки.
— Верно, но больше там ничего нет.
— Ох… Ясно… — Ракель на секунду опускает взгляд на свои руки. — И что было дальше? Что сделали те люди?
— Перед тем, как уйти, они дали три дня на то, чтобы я приняла верное, как им кажется, решение, — рассказывает Алисия. — И только после этого они ушли. А я осталась одна. И потом проверяла тайник в кладовке. Статуэтка была на месте… Тот мужчина ее не нашел и ушел ни с чем.
— А они угрожали вам словесно? — неуверенно спрашивает Ракель. — Или было что-то похуже?
— Гораздо хуже. Они много раз били меня по лицу, в живот… Пару раз даже ударили головой об шкаф, который стоит в коридоре били…
— Правда? — широко распахивает глаза Ракель.
— Но слава Богу, тот кошмар длился не так долго…
— О, боже… — Ракель прикрывает рот рукой. — Но разве у вас не было никаких синяков? Наверняка они били вас очень сильно и не жалели!
— После того случая у меня действительно было много синяков на теле, — неуверенно признается Алисия. — Но некоторые были под одеждой, а остальные я скрывала косметикой, чтобы ты не увидела и не заподозрила ничего плохого.
— Тетушка Алисия… — слабо качает головой Ракель.
Глава 29
— Не беспокойся, дорогая, эти синяки уже прошли. — Алисия сначала мягко гладит Ракель по руке, а затем указывает на место на лбу, на котором недавно у нее был большой синяк. — Вот видишь, у меня на лбу на этом месте был огромный синяк. Но сейчас он практически прошел. Мне уже не приходиться накладывать толстый слой тонального крема, чтобы скрыть его. Можно обойтись легкой пудрой.
— А болит? — уточняет Ракель.
— Да, это место до сих пор немного побаливает, если надавить на него. Но в целом все хорошо.
— Я рада, что вы в полном порядке, — с облегчением выдыхает Ракель. — Хотя мое сердце сжимается от мысли, что они били вас.
— Да, Бог меня уберег…