Эва заводит руки за спину и начинает удерживать на них свой вес, оперевшись о кровать, на которой постелено невероятно мягкое постельное шелковое белье.
— Мне нужна ты сама, моя дорогая девочка, — уверенно добавляет Эва. — И твоя любимая тетушка. Эта мерзкая дрянь, которая работала с какими-то проститутками и крутила голой задницей перед чужими мужиками. Я уничтожу вас обеих. И отомщу за то, что случилось с моим отцом много лет назад.
Эва замолкает на пару секунд, задумавшись о чем-то, что заставляет ее сильно нахмуриться.
— В первую очередь свое наказание получит эта поганая проститутка Алисия Томпсон, — заявляет Эва. — Точнее, Шерил. Та маска, под которой ее знала большая часть Лондона. Ненавижу эту тварь… Ненавижу… Так жаль, что она не сдохла прямо в зале суда… Сделала бы хоть что-то хорошее для меня и моей семьи. Которая проклинает эту ядовитую змею за то, что она лишила жизни невинного человека.
Спустя некоторое время Эва с гордо поднятой головой встает с кровати и медленным шагом подходит к небольшому столику рядом с дверью, что ведет на большой просторный балкон, с которого открывается хороший вид на все, что происходит на территории ее дома. А затем женщина берет с него серебристый пистолет, что выглядит как новенький и явно еще ни разу не использовался.
— Эта вещичка пригодится мне на завтрашней встрече с этой девчонкой… — уверенно говорит Эва, с широкой улыбкой рассматривая холодное оружие и вертя его в руках. — Все это время этот пистолет ждал того самого момента. И вот завтра он наконец-то настанет.
Эва проводит кончиками пальцев по своему пистолету.
— Не подведи меня, приятель… — произносит Эва. — Надо одним выстрелом убить эту мерзкую стерву Шерил. И также прикончить ее любимую племянницу… За компанию. Прикончить такую же проститутку, которая спит с богатыми и известными мужиками ради денег и славы.
Эва ехидно усмехается.
— Вот точно пошла в свою тетеньку… — добавляет Эва. — Не знаю, что там насчет мамаши Кэмерон, но тетушка явно была ее преподавателем в соблазнении мужиков и научила разным фокусам в постели. Которые не смогли оставить никого равнодушным.
Эва несколько секунд рассматривает пистолет и крепко сжимает его в руке.
— Никогда не прощу Алисию, — уверенно заявляет Эва. — Никогда не забуду то, что эта грязная проститутка испортила моей семье всю жизнь. Она разрушила ее… Чертова разлучница, которая вынудила моих родителей развестись.
Эва тихонько, раздраженно рычит.
— Эта мразь ответит за то, что сделала шестнадцать лет назад, — обещает Эва. — Я убью ее… Убью собственными руками. Сделаю то, чего мне не дали сделать в зале суда.
Эва нервно сглатывает.
— Будет на свете одной мерзавкой меньше, — хмуро добавляет Эва. — Мерзавкой, которая отправила на свет моего любимого папочку. Самого лучшего и невинного человека. Который был добрейшей души человек. Который отдавал всего себя тем, кого искренне любил. Который совершил огромную ошибку, влюбившись в эту проклятую змею, которую надо было грохнуть прямо в тюрьме. Он чуть было не отдал ей все, что у него было… Но к большому сожалению все равно стал ее жертвой.
Эва слабо качает головой.
— Если бы этой твари не удалось сбежать отсюда в день убийства, она бы сдохла еще тогда, — низким, грубым голосом заявляет Эва. — Я бы немедленно сдала бы в полицию. Заплатила бы кому только можно для того, чтобы эта стерва сдохла в тюремной камере мучительной смертью.
Эва переводит свой взгляд на пистолет, который она держит в руках.
— Ну ничего, папуля… — уверенно произносит Эва. — Ничего… Я отомщу этой твари за тебя… Клянусь, Алисия будет гореть в аду за то, что она сделала. На этот раз ей уже не удастся никуда сбежать. И я не успокоюсь до тех пор, пока эта мразь не сдохнет и не будет гнить в сырой земле.
Эва очень крепко сжимает пистолет в своей руке, будучи решительно настроенной отомстить и желая хоть сейчас воплотить свой план в реальность. Воспоминания о ее покойном отце порождают в женщине еще большую ненависть к Алисии и убеждают ее в том, что она поступает правильно, решив мстить убийце невинного, по ее мнению, человека.
— К сожалению, мне уже не удастся вернуть папочку к жизни, — спокойно говорит Эва. — С этим ничего не поделаешь. Но я буду очень счастлива знать, что его убийца получил по заслугам и горит где-нибудь в аду. Этой дряни Алисии там самое место! Пусть продолжает и дальше мучиться от угрызений совести.