Алисия опускает свой грустный взгляд вниз.
— Только не думай, что ты будешь сидеть там одна, — уверенно говорит Эва. — Я не такая глупая, как ты думаешь. За тобой будут присматривать мои охранники. Они уж точно не позволят тебе сбежать или сделать какую-нибудь глупость.
— Так точно! — очень грубым, громким, низким и устрашающим голосом произносит один из телохранителей.
— Мы не позволим этой стерве никуда уйти, — уверенно добавляет другой обладатель точно такого же грубого и устрашающего голоса.
— Очень хорошо! — хитро улыбается Эва. — А я пока займусь последними приготовлениями и буду ждать, когда наша птичка залетит в клетку.
Эва ехидно усмехается и крепко хватает Алисию за подбородок, уставив свой леденящий душу взгляд в ее мокрые, пустые глаза. Пока сама женщина с широко распахнутыми глазами ужасно волнуется и молится о том, чтобы Эва не сделала с Ракель ничего плохого.
— Надеюсь, ты, безмозглая курица, все поняла и не будешь делать глупости, — выражает надежду Эва.
— Я сделаю все, что ты хочешь… — обессиленно произносит Алисия, не желая перечить Эве, ибо понимает, что это ничего не изменит.
— Если ты попытаешься как-то перехитрить моих телохранителей и сбежать от них, ты сама знаешь, что будет с тобой и с твоей любимой племянницей.
— Я не сбегу. Не беспокойся.
— Хорошо. Надеюсь, ты сделаешь все так, как я тебе сказала.
— Да, Эва, я все поняла… — со слабым кивком тихо произносит Алисия. — Поняла…
— Вот и прекрасно. — Эва тихонько смеется. — Моя несостоявшаяся мачеха.
В этот момент Алисия все больше приходит в ужас от того, что может произойти уже через некоторое время, когда сюда приедет Ракель, для которой эта встреча может стать роковой. А пока женщина остается в машине и с прикрытыми глазами молится Богу о спасении Ракель, поднеся сложенные вместе руки ко рту, Эва с гордо поднятой головой выходит из салона. Следом за ней то же самое делают и двое мужчин, которые два раза больше женщины по росту и буквально заглядывают в рот той, чьи приказы они выполняют сию минуту.
— Все, ребята, забирайте ее, — приказывает Эва. — Идите туда, куда я вам сказала, и оставайтесь там. Ждите моего сигнала. Как только получите его — тут же приводите эту проститутку ко мне.
— Как прикажете, госпожа Вудхам, — уверенно кивает один из мужчин.
— Если что — я буду здесь, ждать приезда племянницы этой прошмандовки.
— Мы вас прекрасно поняли и сделаем все, что нужно.
— Хорошенько присматривайте за ней. Не дайте ей никуда сбежать. А если попробует обхитрить вас, то можете смело дать ей крепкого леща.
— Слушаемся, мисс Вудхам, — с гордо поднятой головой добавляет второй мужчина.
— И не вздумали подвести меня, балбесы! — Эва угрожает пальцем обоим своим телохранителям. — Если эта дура сбежит от вас, то я лично сниму голову с ваших плеч. Поняли меня?
— Не беспокойтесь, госпожа, — с гордо поднятой головой произносит один из этих мужчин. — Мы будем в четыре глаза за ней присматривать и ни на секунду не спустим глаз с этой женщины.
— Она никуда от нас не уйдет, — добавляет второй мужчина. — Вы можете рассчитывать на нас.
— Хорошо, — хмуро бросает Эва и резко машет рукой. — Выполняйте мои приказы. Уведите ее отсюда и ждите моих дальнейших указаний.
Один из мужчин крепко берет Алисию под руку, легким движением буквально вытащив ее с заднего сиденья машины.
— Шевелись давай, курица! — грубо бросает один из мужчин.
— Немедленно выходи из машины! — требует другой мужчина.
Как только Алисия покидает салон автомобиля, оба телохранителя Эвы быстро уводят ее в неизвестном направлении. Женщина никак им не сопротивляется, хотя сейчас ее ноги слегка подкашиваются из-за небольшой слабости и жуткой усталости. Она определенно упала бы, если бы ее не держали эти двое и не тащили за собой.
Сама же Эва продолжает стоять там, где она стоит, и с хитрой улыбкой смотрит им вслед до тех пор, пока все трое не скрываются из виду.
— Все идет как по маслу, — с гордо поднятой головой говорит Эва. — Еще бы эта молодая проститутка не подвела бы и не притащила с собой кого-нибудь… А иначе весь мой план рухнет. Но я думаю, она не притащит. Она свою тетку обожает и поэтому не станет рисковать ее жизнью. Не зная, что в любом случае сдохнет вместе с ней.