В этот момент Ракель расставляет руки в бока.
— Когда он это сказал, я поначалу не поверил ему, — признается Терренс. — Но Саймон говорил очень уверенно и был решительно настроен на то, чтобы уничтожить тебя. Как я уже говорил, он наотрез отказался объяснять причину своих поступков. И заявил, что до определенного времени ты не узнаешь, кто за всем этим стоит. Я не стал молчать и заявил, что сделаю все для того, чтобы вывести его на чистую воду. Чтобы не дать тебе и дальше думать, что все это моих рук дело. Это не моя вина. Во всем виноват Саймон Рингер. Человек, который работал моим личным водителем. Который присутствовал практически на всех моих съемках.
— Вот как… — с недоверием произносит Ракель, держа руки скрещенными на груди.
— Я правда не распространял про тебя все эти сплетни. Хотя Саймон очень радовался от одной только мысли, что ты могла винить во всем меня. И даже не подумала о том, что он мог быть как-то к этому причастен.
Ракель несколько секунд ничего не говорит и обдумывает все, что только что услышала, по-прежнему не веря, что во всем может быть виноват Саймон, и считая, что Терренс просто пытается свалить всю вину на другого человека. Пока Наталия все еще прячется недалеко от своей подруги и слышит ее разговор с мужчиной, приходя в ступор после всего услышанного, хотя также не спеша верить в невиновность этого человека.
— История, конечно, очень правдоподобная, — задумчиво говорит Ракель. — Но я все равно не могу в это поверить.
— Ты мне не веришь? — слегка округляет глаза Терренс.
— Не верю. И по-прежнему считаю, что ты пытаешься прикрыть свой зад.
— Клянусь, Ракель, я не солгал тебе. Во всем виноват Саймон. Именно он должен отвечать за то, что сделал. А не я. Я здесь совершенно не причем.
— Думаешь, твои рассказы могут стать хорошим доказательством твоей невиновности?
— Ты должна мне поверить.
— Серьезно? — Ракель ехидно ухмыляется. — С какой это стати?
— Ты не можешь обвинять меня в том, чего я не делал, — уверенно отмечает Терренс.
— Что бы ты ни сказал, я ни за что не поверю в твою невиновность.
— Хорошо, а что мне нужно сделать для того, чтобы ты поверила?
— Ничего!
— Послушай, Ракель…
— Я не хочу слышать никакие твои оправдания.
— Во всем виноват Саймон!
— Хватит пытаться свалить всю вину на невинного человека.
— Саймон далеко не невинный! Он — виновник всего, что с тобой произошло. Если с кого и спрашивать, то только с него.
— Как бы сильно ты ни хотел отправляться в тюрьму, тебе все равно придется туда пойти. Потому что я не позволю тебе оставаться безнаказанным. Тебе и тому мужику, который писал все эти ложные статьи по твоей указке.
— О боже, пошли мне терпения… — с прикрытыми глазами тихо взмаливается Терренс. — Помоги мне доказать этой упрямой девчонке, что я ни в чем не виноват.
— И ты приперся в Лондон для того, чтобы рассказать мне эту ложь?
— Я приехал сюда, чтобы рассказать тебе всю правду и назвать имя настоящего виновника.
— И тебе совсем не жалко времени? Не жалко было тратить деньги на билет? Должен был понимать, что я ни за что не поверю в твои чертовы сказки!
— Я был обязан это сделать!
— Ты обязан был сообщить всему миру о том, что сделал!
— Я не собираюсь отвечать за то, чего не делал.
— А ты ответишь за то, что сделал.
— Да не виноват я в этом! — повышает голос Терренс. — Не виноват!
— Какой же ты трус, МакКлайф… Распространяешь сплетни обо мне под маской анонима и трусишь в этом признаться.
— Мне что, признаться всему миру в том, что сделал другой человек?
— А вдруг ты с ним в сговоре? Вдруг этот Саймон согласился взять на себя твою вину и прикрыть твою чертову задницу? Сделать так, чтобы твоя безупречная репутация никак не пострадала!
— Не надо делать из меня монстра!
— А ты что, невинный ангел?
— Да, я не ангел. Но я ни в чем не виноват.
— Ладно, не хочешь признавать свою вину — не признавай. Видно, что ты не умеешь это делать. Считаешь, что во всем виноваты только лишь люди вокруг тебя. Даже если они ничего не делали.
— Послушай, Ракель…
— Только я не собираюсь молчать! Не собираюсь делать вид, что все хорошо. — Ракель резким движением руки убирает прядь волос с лица. — Я не стану вести себя как все и закрывать глаза на твои поступки только лишь ради твоего красивого личика. Ради личика, которое надо как следует побить.
Терренс ничего не говорит и просто тихо рычит с закатанными глазами, едва сдерживая себя для того, чтобы не сделать что-нибудь с Ракель, которая, сказать по правде, начинает все больше его раздражать. Пока Наталия старается услышать каждое слово их разговора, скрываясь за высоким уличным фонарем.