— Да что ты!
— Да-да! Поцелую так, что ты забудешь, как дышать…
Терренс оставляет короткий поцелуй на месте за ухом Ракель, которая тихонько постанывает с прикрытыми глазами с чувством легкой дрожи.
— Ты никогда не забудешь мои невероятные ласки… — обещает Терренс и ласкает ухо Ракель губами. — Никогда… Они еще никого не оставляли равнодушным.
— Как будто я забуду этот… — издает тихий вздох Ракель и с закатанными глазами слегка сжимает волосы Терренса пальцами.
— Признай, что я свожу тебя с ума… Признай, что все это время ты только и мечтала о том, чтобы я снова поцеловал тебя. — Терренс оставляет парочку коротких поцелуев на изгибе шеи Ракель, пока его руки уверенно ласкают ее спину, изгибы талии и ягодицы. — Чтобы поласкал твое шикарное тело… Чтобы показать тебе, насколько здорово ты можешь себя чувствовать.
— Да уж, с тобой точно не расслабишься, — спокойно отвечает Ракель.
— Просто не люблю болото. Не люблю, когда человек не дает тебе никаких эмоций. — Терренс оставляет несколько коротких поцелуев на губах Ракель, нежно взяв ее за горло и хорошо почувствовав ее затрудненное дыхание и учащенный пульс. — А ты сумела заставить меня чувствовать столько ярких эмоций, сколько я не получал ото всех моих бывших, вместе взятых. И мне это нравится. Ужасно нравится.
— С таким ненормальным извращенцем свяжутся только самые отчаянные, — отмечает Ракель.
— А о такой сексапильной и дерзкой стерве мечтают все мужики на свете. Но она достанется только лишь мне.
— Да что ты?
— Точнее, она уже практически моя. Моя…
Терренс оставляет несколько коротких поцелуев на каждой части лица Ракель, пока та с тяжелым дыханием время от времени издает тихий стон, запустив пальцы в мужские волосы, что оказываются такими мягкими на ощупь, и даже не думая вырываться из его рук.
— Черт, твой запах все больше сводит меня с ума, — низким, бархатистым голосом признается Терренс и полной грудью вдыхает запах кожи на изгибе шеи Ракель, придерживая ее за затылок одной рукой. — О, черт…
— Должна признаться… — с прикрытыми глазами тихо произносит Ракель и слегка прикусывает губу. — Твой тоже… Твой тоже сводит с ума…
— Никто прежде не заставлял меня терять голову так, как ты. Никто…
— Черт…
Ракель начинает томно постанывать в тот момент, когда Терренс оставляет несколько коротких поцелуев на некоторых местах ее шеи. А в какой-то момент она берет его лицо в руки и сама оставляет парочку чмоков на его губах и повторяет некоторые из тех приемов, которые использовал он сам.
«Надо же… — думает Наталия, слабо покачав головой. — Никогда не думала, что ненависть может пробудить такую сильную страсть. Кажется, еще немного, и эти двое точно снимут с себя все шмотки и займутся сексом прямо здесь. Ну или МакКлайф предложит Кэмерон отправиться в свой номер и осуществит свою мечту затащить ее в постель.»
Спустя несколько секунд Ракель немного отстраняется от Терренса и, находясь очень близко к нему, уверенно смотрит ему в глаза и наслаждается каждым прикосновением к бледной от природы мужской коже, что не только обладает головокружительным запахом, но еще и оказывается очень мягкой и нежной.
— И кстати… — тихим, низким голосом произносит Ракель. — Ты мне тоже нравишься…
— Нравлюсь? — загадочно улыбается Терренс.
— Наверное, если бы кто-то узнал, что мне понравился такой невоспитанный и наглый осел, как ты, то он покрутил бы у виска и назвал меня сумасшедшей. Но… — Ракель слабо пожимает плечами. — Это так. Я без ума от тебя, хотя и считаю, что это неправильно. Неправильно… Влюбиться в того, кто ненавидит тебя и обращается с тобой так, как обращаются только твари.
— Но я вовсе не ненавижу тебя, — возражает Терренс.
— Любить тебя — безумие, но я ничего не могу с собой поделать. Это не в моих силах.
— Могу сказать про тебя то же самое.
— Так что, поздравляю, красавчик, ты все-таки выиграл.
— М-м-м… Ты впервые назвала меня красавчиком.
— Да… Вынуждена признать, что ты очень даже ничего… — Ракель с загадочной улыбкой медленно ходит пальцами по груди Терренса. — Не Аполлон, конечно… Но далеко не урод.
— Зато я посчитал тебя нереальной красавицей с тех пор, как увидел в тот день в первый раз, — признается Терренс. — И буквально потерял голову, едва взглянув на тебя.
— Что, прямо сразу?
— Сразу. Меня будто током ударило. В тебе есть что-то, что мне очень нравится. Я не знаю, почему, но ты очаровываешь меня. Ты заставляешь думать только о тебе.