— Да, давайте не будем! Лучше расскажите мне про ваши отношения.
— Какие еще отношения?
— Которые у вас только начинаются!
— Ну что, твоя подружка наконец-то призналась в том, что я ей нравлюсь, — с гордо поднятой головой признается Терренс. — Призналась, что она была без ума от нашего первого поцелуя и всех моих невероятных ласк.
— Ну, они были не такие уж невероятные… — со скрещенными на груди руками закатывает глаза Ракель. — Хотя он и старался.
— Не слушай ее, Терренс, она притворяется, — уверенно тараторит Наталия. — На самом деле Кэмерон просто без ума от того, что ты делаешь.
— Я уже давно это понял, — загадочно улыбается Терренс, приобнимает Ракель за талию и прижимает ее поближе к себе. — Еще на первой нашей встрече.
— Слушайте, голубки, а надо признать, вы здорово смотритесь вместе, — бодро отмечает Наталия. — Ваши поклонники точно были бы в восторге, если бы вы сообщили всему миру о своем романе. Ведь те столько раз пытались свести вас вместе.
— Может, однажды и сообщим. — Терренс гордо приподнимает голову. — У меня на эту красавицу большие планы.
— Вот как! А я думала, ты собрался бросить ее после того, как уломаешь Ракель заняться с тобой сексом.
— Нет, я не собираюсь так просто отпускать ее. И не отдам никакому другому мужику. Никому не позволю заигрывать с ней и целовать ей ручки.
— Учти, если увижу, как ты флиртуешь с другими девчонками, заставлю сильно пожалеть об этом, — угрожает Терренсу пальцем Ракель. — Немедленно расцарапаю твою прекрасную рожу.
— Не беспокойся, детка, я сомневаюсь, что меня смогут заинтересовать какие-то девушки после того, как мы с тобой познакомились. Ведь ты затмила всех моих бывших.
— Ну это мы еще посмотрим!
— Ладно, дорогие мои… — задумчиво произносит Наталия. — Я так понимаю, что мне стоит оставить вас одних и развлечься где-нибудь одной.
— А может, мы вообще прогуляемся все вместе? — предлагает Терренс. — Раз мы встретились!
— Да, отличная идея! Пусть Ракель устроит нам экскурсию по городу. Это ведь практически ее второй дом. Она знает здесь каждый уголок и сможет показать нам самые лучшие места.
— Хотите увидеть, как город украсили к Рождеству? — интересуется Ракель.
— Почему бы и нет?
— Хорошо, давайте и правда немного прогуляемся по городу все вместе.
— А нагуляемся и замерзнем — зайдем в кафе и что-нибудь выпьем.
— А ты разве ничего себе не купила?
— Нет. Как только я увидела, что ты начала собачиться с Терренсом посреди улицы, то ушла оттуда и решила спрятаться и понаблюдать за вами.
— Ну и хорошо! — восклицает Терренс. — Не придется тратить время, чтобы все тебе рассказать.
— Не нужно. Я все увидела и услышала.
— Ладно, давайте уже пойдем куда-нибудь, — предлагает Ракель. — А то стоим посреди улицы и мешаемся людям.
— Если бы ты только видела, сколько людей пялилось на тебя и МакКлайфа, пока из ваших глаз летели искры, а вы орали, как потерпевшие.
В этот момент Наталия, Терренс и Ракель разворачиваются и медленным шагом направляются куда-то по прямой.
— С этим человеком невозможно оставаться спокойной, — хмуро бросает Ракель.
— Так же, как и с этой девушкой, — добавляет Терренс.
— В любом случае вы точно не будете скучать, — скромно хихикает Наталия. — Будете каждый день выносить друг другу мозг.
— Да ты и сама далеко не спокойная. Мне будет очень жалко твоего парня, если ты начнешь истерику.
— Ар-р-р, ну ты опять припоминаешь мне нашу ссору, которая у нас была, после того, как мы приехали в Лондон и покинули аэропорт.
— Такого я точно никогда не забуду!
— Слушайте, а может, сходим покататься на коньках? — предлагает Ракель. — Я хотела сделать это намного раньше, но мне сначала позвонил Стивен, а потом произошла встреча с вами двумя…
— О, да-да! — широко улыбается Наталия. — Я тоже хотела покататься, но сначала решила погулять по городу и посмотреть, как сильно тут все изменилось.
— Только если я просто посмотрю на вас, — приподнимает руку Терренс.
— Ты не умеешь кататься? — слегка округляет глаза Ракель.
— Умею, но не катаюсь с самого детства. Ни на коньках, ни роликах.
— А чего так? — интересуется Наталия.
— Получил травму головы после того, как неудачно упал.
— Ну теперь понятно, с какого момента ты возомнил себя Аполлоном, — скромно хихикает Ракель.