— О да, знаем мы какие у тебя высокие запросы, — скромно смеется Терренс.
— Ничего не высокие!
— Советую поубавить свой жаркий пыл, приятель. А иначе тебе уже никогда не найти девушку.
— Лучше охлади свой.
— А я ничего не делаю! Девчонки сами ко мне липнут! Не могут оставить без внимания такого шикарного мужчину, который пахнет сексом.
— Все еще считаешь себя лучше всех?
— Ха, да со мной никто не может конкурировать! — с гордо поднятой головой заявляет Терренс.
— Ну да! Ракель уже показала тебе, что есть мужики покрасивее тебя.
— Скоро она будет говорить иначе. Очень скоро Кэмерон признает, что я настолько красив и неотразим, что никто не смог бы сравниться со мной. Включая тебя, приятель.
— Ладно-ладно, заткнись ты уже! Все и так прекрасно знают, что ты — самовлюбленный павлин с пушистым хвостом, который не может прожить день без упоминания о своей неотразимости.
— Ну я же не виноват, что природа сделала меня таким красавчиком, по которому все девчонки мира слюнки пускают. — Терренс с гордым видом поправляет свою густую черную шевелюру. — А мне так приятно знать, что они оценили меня по достоинству.
— Да-а-а… — резко выдыхает Бенджамин. — По-моему, девчонкам стоит поменьше хвалить тебя. А то ты что-то совсем зазнался.
— Нет, ну а что во мне может быть не так? Я же идеален! Прямо как картинка! Шикарные густые волосы, ослепительная улыбка, пронзительные глаза… А уж какое у меня сексуальное тело… М-м-м… Любая девчонка мечтает оставить на нем свои нежные поцелуи и поласкать его своими мягкими ручками…
— Ох, ну ты и наговорил про себя! — тихонько хихикает Бенджамин.
— Только чистую правду.
— Слушай, МакКлайф, а ты не боишься, что в один прекрасный день девушки перестанут обращать на тебя внимание?
— С чего бы вдруг? — громко ухмыляется Терренс.
— Ну вот станешь ты стариком, а девушки и женщины перестанут считать тебя привлекательным и сексуальным.
— Поверь мне, Бенджамин, даже если я стану стариком, то это не сделает меня менее привлекательным, — уверенно заявляет Терренс. — Я буду становиться лучше с каждым годом, прямо как хорошее вино.
— Готов поспорить, что у тебя начнется депрессия, если все разом перестанут говорить, что ты неподражаемый красавчик и восхищаться всем, что в тебе есть.
— Этого никогда не случится. Я буду чертовски сексуальным даже тогда, когда придет мое время воспитывать внуков.
— Ты так в этом уверен?
— Ну есть же женщины, которые в пятьдесят лет выглядят как молоденькие девочки. Так вот и я собираюсь выглядеть как на двадцать пять, когда мне исполнится пятьдесят.
— Не будь таким уверенным, Терри, — уверенно говорит Бенджамин. — Красота не вечна, так же как и молодость.
— Верно, не вечна. Но старость — не всегда является синонимом слову «непривлекательность».
— Утешай себя, приятель, утешай. Ты будешь молоденьким красавчиком только до определенного возраста. А потом все — никому ты больше не будешь нужен. Ну… Может, только веселым бабулькам, которые также не хотят стареть и чувствуют себя как девочки.
— Ха, а ты думаешь, что сам будешь таким шикарным красавчиком и не перестанешь гулять с девчонками до самой смерти? — по-доброму ухмыляется Терренс.
— А может, и буду! — с гордо поднятой головой восклицает Бенджамин.
— Ничего, дружище, придет и твое время. Рано или поздно ты превратишься в дряхлого горбатого старика с очками и тросточкой.
— Мечтай, МакКлайф, мечтай. Вот как раз я буду неотразимым красавчиком, когда состарюсь. И буду с радостью кадрить симпатичных бабулек.
— Окей. Может, хоть в семьдесят лет тебе повезет, и ты встретишь ту, которая будет соответствовать всем твоим запросам.
— Надеюсь, однажды ты наконец-то поймешь, что не будешь вечно молодым и красивым, а юные девочки не всегда будут пускать по тебе слюни.
— Паркер, заткнись, пожалуйста.
— Я-то заткнусь! Но я все равно останусь при своем мнении.
— Ар-р-р… — раздраженно рычит Терренс, закатив глаза.
— Не бесись, Терри. То, что ты напыщенный, самовлюбленный индюк — ни для кого не секрет. Весь шоу-бизнес знает о том, как сильно ты обожаешь себя. И Ракель только что тебе это доказала.
— Заткнись, пожалуйста.
— Я нисколько не сомневаюсь в том, что даже если ты начнешь с кем-то встречаться, то все равно будешь любить себя гораздо больше, чем девушку.
— Твою мать, как же ты меня раздражаешь, Бенджамин Паркер. С самого детства.