— Спасибо.
Их шаги гулко отозвались в просторном холле. Атмосфера дома была странно лёгкой, ненормальной. В особняке царила редкая для него безмятежность. Служанки искренне улыбались обсуждая что то между собой. Значит, Эдгара всё ещё не было дома.
Грегори молча направился к лестнице, и Эмилия последовала за ним. На площадке он свернул в сторону своего кабинета, а она, не сбавляя шага, прошла в спальню.
Стоило захлопнуться за ней двери, как ноги её подломились, и она рухнула на кровать, уставившись в потолок.
Всё прошло лучше, чем она ожидала. В конце концов, у страха глаза велики. Никто не пустил ей пулю в лоб прямо в ресторане, как ей чудилось перед встречей. Но если быть честной… Если бы не Грегори, если бы не его влияние, если бы не его власть, их с Розой разорвали бы там, как кусок мяса, брошенный в клетку с голодными псами.
Она перевела взгляд на бок, глубоко вдохнула, позволив себе одну короткую усмешку.
Эдгар.
Какая ирония. Как же вальяжно он тыкал в её слабость, как насмехался над её неготовностью к ответственности, как давил, как бил словами, когда она пыталась справиться со смертью отца. Он говорил, что она слишком долго жила в иллюзиях, что она не была готова.
А он сам?
Где он сейчас?
Спрятался за спиной отца, отмахиваясь фразами о том, что «просто держится подальше от этой грязи»?
Да он боится.
Эмилия улыбнулась шире. Не злорадно, нет. Просто теперь она видела его насквозь.
---
Прошло уже несколько часов, как Эмилия оставалась в одиночестве. Она даже успела немного расслабиться, едва не задремала, но её выдернул из этого состояния звук открывающейся входной двери.
Она сразу поняла — пришло оно.
Снизу донёсся приглушённый шум, мужские голоса, и один из них, без сомнения, принадлежал Эдгару. Глуховатый, пьяный, с ленцой на языке. Его тащил кто-то ещё — этот кто-то ворчал, ругался и, судя по всему, тоже был не совсем трезв.
Дерек.
— Лилиан, моя драгоценная! — выдал Эдгар, растягивая слова так, будто пытался их поймать. — Как же я рад тебя видеть… Я хотел тебе сказать, что ты… что ты…
Но тут на его лицо опустилась ладонь Дерека, пресекая весь этот потенциальный шедевр немедленно.
— Вот нет, молчи. Совсем молчи. Не надо тебе говорить то, что думаешь, — пробормотал Дерек, еле таща его под руку. — Особенно прислуге.
— О-о-о… ля.
— Да, дружок. Да. Представь себе.
Они кое-как добрались до лестницы, и Дерек, выругавшись, потащил Эдгара наверх, спотыкаясь на каждой второй ступени.
— Тебе надо держаться… Ты же муж! От тебя ждут стабильности, ответственности, чистоты, ухоженности, — продолжал Дерек, явно вдохновившись лекцией. — А ты что? Ты в говно!
— Ты тоже.
— Но я не женат, мой дорогой друг!
Подойдя к двери спальни, Дерек подёргал ручку… и… Ничего.
— Закрыто? — он даже захихикал. — Справедливо.
Эдгар тут же впился взглядом в дверь, нахмурился, как будто собирался пристально её анализировать, а затем ногой врезал по дереву.
— ЭМИЛИЯ!
В ответ — тишина.
— ОТКРЫВАЙ!
Тишина стала гуще.
— ЖЕНА!
В этот момент дверь кабинета Грегори открылась, и на пороге появился сам хозяин дома.
Эдгар тут же замер, Дерек тоже, но, осознав неизбежное, поджал губы и пробормотал:
— Ну, босс, мы так, чисто… домашние разборки.
Грегори чуть приподнял бровь, явно оценивая ситуацию.
— Эдгар, ты спишь сегодня на первом этаже, — констатировал он ледяным тоном. — На диване.
— Но…
— Без «но».
Эдгар смотрел на отца, как щенок, которого только что выгнали под дождь. Дерек, не теряя времени, развернул его на пятках и повёл вниз.
— И это справедливо! — подытожил он, уже насмешливо.
Через пару минут Эдгар рухнул на диван, даже не разуваясь. Дерек плюхнулся рядом, оглядел эту картину маслом, довольно хмыкнул и, обращаясь к слугам, торжественно заявил:
— Ваш мальчик уснул, я ухожу.
Затем он театрально поклонился Лилиан, выдал что-то наподобие «до новых встреч», напевая себе под нос какую-то песенку, и исчез за дверью.
Весь особняк снова накрыла тишина.
---
Форт Грей просыпался лениво, но в элитном районе город уже жил своей отдельной жизнью. На улице перед особняком Харрингтонов стояла чёрная машина с тонированными окнами, словно гроб на колёсах, готовый увезти Эмилию в новое будущее.
Она спустилась по мраморным ступеням, в последний раз задержав взгляд на фасаде дома. Слуги мельтешили, кто-то ставил цветы в вазы, кто-то перекладывал посуду, но внутри царила удушающая тишина. Эдгар всё ещё спал на первом этаже, после своей ночной пьянки, и это было к лучшему.
Рядом стояла Роза Говард, в строгом тёмном платье, с выражением лёгкого презрения на лице. Она смотрела на машину, словно на катафалк. Грегори ждал их у машины, уже расстёгивая дорогой пиджак и ослабляя галстук — жест, который говорил о том, что впереди будет долгая работа.