— Просто удивилась, что ты ещё жив. Думала, тебя, наконец, убили в каком-нибудь переулке.
— И тебе стало бы грустно?
— Нет, но мне пришлось бы идти на похороны.
— Значит, всё-таки скучала.
Эдгар растягивая шею, сидя на краю ее стола, продолжил.
— Ладно, раз уж тебе так интересно, отчитаюсь. Этот грёбаный тиран, которого я называю отцом, решил, что мне надо "поработать".
— То есть ты сбежал от работы.
— Нет. — Эдгар поднял палец, — Я "засветился".
Эмилия иронично приподняла бровь.
— И как именно?
— Ходил по банку, заглядывал в бумаги, кивал с серьёзным видом. В общем, сделал всё, что от меня требовалось.
Эмилия покачала головой.
— Господи, какой ты жалкий.
— Вот именно, Эмилия именно это я и пытался донести своему отцу.
Он встал со стола и прошёлся по кабинету, раскинув руки.
— Меня не волнуют все эти цифры, отчёты, депозиты. Пусть они живут своей скучной серой жизнью без меня.
— Твой отец с этим явно не согласен.
— А меня это волнует ещё меньше.
Эдгар повернулся к ней, лениво оперевшись о шкаф.
— А ты-то как, женушка? Вижу, тебя тут не щадят.
Эмилия взяла ручку и постучала ею по столу.
— Нормально. Если не считать того, что меня "проверяют" на лояльность, как школьницу на экзамене.
Эдгар ухмыльнулся.
— Ну, ты у нас девочка умная, справишься. Хотя… ты же знаешь, если вдруг что, всегда можешь спрятаться за своего могучего, несравненного и божественного мужа.
Эмилия подняла взгляд.
— Ты о Грегори?
Эдгар замер, потом медленно улыбнулся, но в глазах блеснуло предупреждение.
— О, это было низко.
— Я старалась.
Он наклонился ближе, оперевшись на её стол.
— Знаешь, Эмилия…
Она взглянула на него.
— Что?
Он усмехнулся.
— Я был рад тебя видеть.
Она на секунду замерла, не ожидая такого поворота, но быстро взяла себя в руки.
— Ты просто рад, что нашёл место, где можно посидеть без работы.
Эдгар задумался, потом кивнул.
— И это тоже.
Эмилия покачала головой, но в уголках её губ мелькнула лёгкая улыбка.
Он чувствовал её раздражение, но ему это даже нравилось. В конце концов, это он её бесит, а не кто-то другой.
---
Эдгар сидел в машине, барабаня пальцами по рулю. Он не знал, какого чёрта вообще делает здесь.
Ну как не знал… Знал.
Но признаваться в этом даже себе было невыносимо скучно.
Официальная версия: водитель взял выходной.
Его личная версия: Грегори, как обычно, следит за каждым его шагом, и если он не проявит хоть какие-то зачатки "семейной ответственности", ему снова будут читать лекции.
— Чёрт бы побрал этот день, — проворчал он, откидываясь на сиденье.
Банковское здание выплевывало сотрудников один за другим. Десятки серых, уставших лиц, пока наконец не появилась она.
Эмилия.
Обычно слегка зажатая и запуганная, но сегодня…
Она выглядела по-другому.
Длинное светлое пальто струилось по её фигуре, подчёркивая осиную талию. Под ним угадывалось элегантное платье небесного цвета, выгодно оттеняющее её голубые глаза. Волосы — золотистой волной, убранные в элегантную укладку, но несколько прядей всё же выбились, делая её образ чуть менее формальным, чуть более… живым.
Эдгар усмехнулся про себя.
— Говард, я начинаю подозревать, что ты всё-таки знаешь что такое уход за собой.
Он приоткрыл окно и окликнул её:
— Эй, жёнушка, садись в карету, пока я не уехал без тебя.
Эмилия остановилась, взглянула на него так, словно её сейчас стошнит, а затем — на машину.
— Ты… ты ждёшь меня?
— О боже, какое самомнение. — Эдгар изобразил гримасу страдания. — Нет, Эмилия, я просто люблю ночами сидеть у банка. Это моя новая терапия.
— Очень смешно.
— Да, я знаю. Теперь садись, пока не передумал.
Она фыркнула, но села в машину.
---
Они ехали сквозь светящиеся улицы Форт Грея. Вдали — огни небоскрёбов, за окнами мелькают мрачные переулки, элитные рестораны, казино, уличные музыканты.
Эдгар кинул взгляд на Эмилию.
Она расслабилась, убрала локоны за ухо и прикрыла глаза.
— Если уснёшь, я тебя вытолкну.
Эмилия открыла один глаз.
— Ты так добр. Прямо образец заботливого мужа.
— Ну, кто-то же должен тебя терроризировать.
— Удивительно, что ты вообще решил за мной заехать. Обычно тебе плевать, когда я возвращаюсь.
— А мне и сейчас плевать.
Он взял руль одной рукой, другой поправляя рукав пиджака.
— Но наш водитель решил, что он тоже человек и заслуживает выходной.
Эмилия усмехнулась.
— Сочувствую, что тебе пришлось работать извозчиком. Должно быть, ты страдаешь.
— О, даже не представляешь, как.
Они замолчали на секунду.
— Но знаешь… — он слегка повернул голову к ней. — Ты выглядишь не так уж плохо.