Она приподняла бровь:
— А ты подозрительно вовлечён в работу. Мы оба нарушаем традиции.
Он ухмыльнулся, но не ответил.
А Эмилия всё так же не знала, что с этим делать.
---
Вечер во дворе особняка Харрингтонов.
Фонари во дворе разливали мягкий золотистый свет, освещая гладкий мрамор столешницы, дым сигар и бутылки с алкоголем, стоящие вперемешку с тарелками. Было тепло, но свежий ветер иногда пробегался по открытой коже.
За столиком собралась элита молодого поколения Форт Грея. Те, кто знал, как управлять властью и деньгами, но при этом не отказывал себе в удовольствии просто сидеть, пить, курить и язвить друг другу.
Эдгар откинулся на стуле, вытянув ноги и лениво вертя бокал с виски в руке. Вторая рука, лениво лежала на спинке стула Эмилии.
Она не отодвигалась.
Но и не реагировала.
— Так, подытожим, — хмыкнул один из парней, Льюис, щурясь на Эмилию, покрутив в пальцах сигару. — Ты теперь не только идеальная жена, но и успешная дама в Ордене? Харрингтон, ты должен быть горд.
— О, я горд, — лениво пробормотал Эдгар, опрокидывая виски в рот.
— Он пьян, а это значит, что он вообще ничего не чувствует, — добавил Кристофер, ухмыльнувшись.
— Просто он умеет быть циничным даже в таких вопросах, — с улыбкой отозвалась одна из девушек за столом.
— Или ему просто плевать, — внезапно бросил кто-то.
И именно эта фраза сделала тишину неестественно острой.
— Что? — Эдгар даже не повернул головы, но его голос стал холоднее.
— Просто факт, — пожал плечами Льюис. — Ваш брак — это фикция. Очевидно, что ты к ней ничего не чувствуешь. Как и она к тебе.
Эмилия сжала бокал.
— А если честно… — Льюис наклонился чуть ближе, окидывая Эдгара оценивающим взглядом. — Даже интересно, вы вообще когда-нибудь целовались?
Усмехнулся Ройс. Захихикала девушка рядом.
— Вряд ли, — ухмыльнулся кто-то ещё.
— Да бросьте, — неожиданно вмешался Дерек, который до этого момента только лениво слушал, попыхивая сигарой. Его голос был размеренным, но опасно ироничным.
— Вы серьёзно решили бросить вызов Эдгару Харрингтону? — он ухмыльнулся, бросая испытующий взгляд на остальных. — Это даже мило.
И именно в этот момент Эдгар двинулся.
Быстро. Без предупреждения.
Одна секунда – и его рука соскальзывает с её стула, обхватывает затылок.
Вторая секунда – и его губы накрывают её.
Это было не просто доказательство.
Это было разрушение мифа.
Эдгар поцеловал Эмилию так, что воздух вокруг словно сгустился.
Не аккуратно. Не мягко.
Глубоко, жадно, так, что он сам не ожидал этого импульса.
Он хотел заставить всех заткнуться.
Хотел доказать, что может делать что угодно.
Но когда он почувствовал её вкус, её дыхание, её тёплую кожу под пальцами, что-то внутри словно дрогнуло.
Чужая.
Нет, не совсем.
Его.
На мгновение, совсем на долю секунды, он почувствовал, как она не отталкивает его.
Как её губы чуть дрогнули в ответ.
Как её руки, которые должны были его оттолкнуть, лишь слегка сжались.
Когда он отстранился, он увидел её лицо.
Голубые глаза были расширены.
Щёки – тёплые.
Дыхание сбилось.
Но она не сказала ничего.
А за столом…
Там была идеальная тишина.
— Чёрт, — пробормотал Кристофер, срываясь на хриплый смешок. — Вот это было неожиданно.
Эдгар посмотрел на Эмилию.
Она всё ещё не отводила от него взгляда.
Вопрос в её глазах.
Нервный затаённый страх.
Чувство.
Он лениво облизнул губы.
— О, это ещё не самое неожиданное, — ухмыльнулся он, выливая остатки виски в рот.
Но даже когда он снова заговорил с друзьями, он чувствовал её взгляд на себе.
Чувствовал… её губы.
И что-то внутри казалось неправильным.
Потому что ему понравилось.
---
Эмилия не сразу двинулась.
Сначала пришёл шок.
Её губы ещё ощущали тепло его дыхания, его поцелуя — резкого, грубого, жадного.
В висках пульсировало возмущение, а в груди жгло что-то острое, непереносимое.
Он поцеловал её, как будто имел на это право.
Как будто она — просто вещь, которую можно взять и продемонстрировать.
Как будто её согласие не имеет значения.
Жар поднялся к щекам.
И в этот момент она больше не думала.
В её пальцах был бокал с шампанским — лёгким, золотистым, пенящимся.
Она резко развернулась — и всё содержимое бокала оказалось на лице Эдгара Харрингтона.
— Ты просто убогий.
Её голос не был громким.
Но он резал воздух, как нож.
Эдгар медленно моргнул, пока холодное шампанское стекало по его скулам, капая на воротник рубашки.
Тишина.
Неловкие переглядки.
Кто-то с трудом сдержал смешок.
Эмилия уже не смотрела на него.