— Ладно, ладно... Работа, так работа, — сказал он, подмигнув ей. — Я же знаю, что ты хочешь, чтобы я сделал. Но помни, Мэри... без твоего мяса я никуда, так что давай держаться друг друга, и я закрою лавку, как ты велишь.
С этим саркастичным заявлением он, наконец, шагнув внутрь закрыл дверь лавки, оставив за собой не только её железный взгляд, но и своё лёгкое чувство триумфа.
----
В уютной спальне тихо потрескивал камин, его мягкий свет танцевал по стенам, создавая иллюзию тепла и безопасности. Женщина, лет тридцати, с уставшими глазами, но доброй улыбкой, сидела на краю кровати. Её сын, мальчик лет восьми, с яркими глазами, которые горели от любопытства, завернулся в одеяло и смотрел на мать так, словно ждал раскрытия величайшей тайны.
— Мам, — его голос был тихим, почти шепотом. — А кто такой «дьявол с лицом ангела»?
Женщина замерла, её улыбка на мгновение застыла, а в глазах мелькнула тень тревоги.
— Кто тебе сказал это? — осторожно спросила она, пытаясь скрыть дрожь в голосе.
— Рикки, во дворе. Он сказал, что дьявол ходит по городу. Он правда существует?
Она закрыла глаза, словно собираясь с мыслями. Её пальцы на мгновение задержались на деревянной поверхности кровати, потом она посмотрела на сына, погладила его по светлым волосам и, наконец, заговорила:
— Это не сказка, малыш. Этот... человек действительно существует.
Мальчик приподнялся на локтях, его взгляд наполнился жадным интересом.
— Он что, убивает людей?
Женщина отвела взгляд, её голос стал ниже, почти шёпотом, словно от её слов могло зависеть, услышит ли их кто-то ещё.
— Его называют Винсент Хьюго. Он наемник, убийца. Люди говорят, что он не знает жалости, словно у него никогда не было сердца. Он носит белую безмолвную маску, а за ней... — Она замолчала, будто боялась сказать больше.
Мальчик нахмурился, его любопытство пересилило страх.
— Но почему «с лицом ангела»?
Женщина грустно усмехнулась, глядя в огонь камина, словно вспоминая что-то болезненное.
— Потому что его лицо... оно идеально, словно создано небесами. Люди говорят, что ангелы в раю завидуют его красоте. Но его глаза... — Она посмотрела на сына, её взгляд был холодным, как зимний ветер. — Они мёртвые, пустые. Как будто в них ничего нет, кроме тьмы.
— Он приходит ночью?
Женщина кивнула, её руки сжались в кулаки.
— Иногда он появляется внезапно, как тень. Тебя не предупредят, не дадут времени бежать. Его присутствие — это всегда конец. И самое страшное, малыш, он убивает не ради денег или мести. Ему всё равно. Он убивает, потому что это просто... часть его. Как дыхание.
Мальчик смотрел на мать, не зная, что сказать.
— А люди ничего не могут сделать?
— Люди боятся его, — ответила женщина, опустив взгляд. — Даже самые сильные. Даже те, кто думает, что они власть.
Мальчик сжался под одеялом, его голос звучал слабее.
— А он придёт сюда?
Женщина притянула сына к себе, крепко обняла его, но в её глазах была скрытая тревога.
— Не бойся, милый. Мы никому не причинили вреда. Он никогда не тронет нас.
Сквозь звук трескающегося дерева в камине, за окном послышался резкий скрип колес по мостовой. Женщина замерла, её руки рефлекторно крепче обхватили ребёнка. На мгновение её лицо стало холодным, почти таким же пустым, как она только что описывала.
Всё же она успокоилась и, поцеловав сына в макушку, тихо произнесла:
— Спи, мой хороший. Спи, пока этот мир позволяет тебе видеть сны.
Женщина поднялась с кровати, аккуратно поправила одеяло на сыне, как будто плотнее завернув его могла укрыть от всех ужасов этого мира. Её взгляд на мгновение задержался на мальчике, таком невинном, таком далёком от всего, что её преследовало. Она погладила его по волосам, тихо выдохнула и направилась к двери.
Дом был скромный, но уютный. Узкий коридор освещался лишь одной тусклой лампочкой под старым абажуром, свет которой отбрасывал длинные тени на потрескавшиеся обои. На стенах висели фотографии: семейные портреты, изображения счастливых моментов. Но на большинстве снимков была только она и её сын. Никого больше.
Она прошла мимо маленькой кухни, где на столе стояла миска с недоеденным супом, и заглянула в окно. Ночной воздух был тяжелым, серым, как будто сам город Форт Грей дышал болью своих жителей. Улица была пуста, только редкие фонари пытались разогнать мрак. Пара бездомных собак прошмыгнула в сторону мусорного бака, а вдалеке слышался слабый гул машин.
Район был типичным для окраин — старые дома, облупленные фасады, глухая тишина. Здесь не было ни богатства, ни влияния. Только борьба за выживание. Женщина подошла к окну в гостиной, приоткрыла занавеску и выглянула наружу. Вдалеке на мостовой промелькнула чёрная машина, и её сердце на мгновение дрогнуло, но автомобиль проехал мимо. Она тяжело вздохнула и отошла от окна.