Энцо вошёл медленно, словно растягивая момент. Его седые волосы были зачёсаны назад, но не могли скрыть возраста, как и глубокие морщины, прорезавшие лицо. Один глаз у него был слепым — бледный и мёртвый, будто погасшая звезда. Но второй... Второй горел, словно ледяной огонь, прожигающий насквозь.
Он остановился, не произнеся ни слова, только пристально глядя на Натана. Тишина висела, будто петля на шее, медленно затягиваясь.
— Славная ночь, правда? — наконец произнёс Энцо, его голос был тихим, но в нём звучала такая сила, что Натан почувствовал себя будто под прессом.
— Если бы не ваши машины, я бы даже сказал, что великолепная, — хрипло ответил Натан
Энцо прищурился здоровым глазом, его рот растянулся в едва заметную улыбку, но она была больше похожа на оскал. Он медленно подошёл к столу, его шаги звучали гулко, будто отзвуки судного дня.
— Ты видишь мир только на поверхности, — сказал он, остановившись напротив. — А я вижу всё. Каждый твой шаг, каждую мысль, каждую... слабость.
Он наклонился ближе, и Натан почувствовал, как холод пронизывает до костей.
— Ты думаешь, что сможешь выжить в этой игре? Что у тебя есть шанс?
Натан выдержал его взгляд, но почувствовал, как пот струится по спине.
Энцо замолчал на мгновение, его улыбка исчезла, а тишина стала ещё гуще. Он вытащил из кармана маленький предмет — отслеживающее устройство, то самое, что Натан использовал в Люминарии. Медленно положил его на стол между ними.
— Это? — он постучал костлявым пальцем по устройству. — Ты действительно думал, что это поможет тебе?
Натан ничего не ответил, его взгляд был холодным.
— Ты думаешь, ты умнее их всех? — начал Энцо, наклоняясь ближе. Его голос был низким и бесцветным, как тихий шёпот ветра в пустой комнате. — Ты думаешь, что сможешь играть в эту игру?
— Судя по тому, что ты до сих пор тратишь на меня своё время, игра у меня идёт неплохо, — парировал Натан, держа уверенный взгляд.
Энцо слегка улыбнулся краем губ, но в его глазах не было ничего, кроме мрака.
— Ты не понимаешь, в чём ошибся, — продолжил он, не отрывая взгляда. — Ты думаешь, что наши тайны можно вскрыть. Что можно что-то украсть и уйти.
Натан молчал, ожидая продолжения.
— Ты просто смешон, Синклер. Неужели ты не понял, что этот маячок был приманкой? — Энцо постучал пальцем по устройству. — Мы позволили тебе взять его. Ты думал, что обманул их. Но ты всего лишь ещё один инструмент.
Натан напрягся, его взгляд стал острым.
— Что с Итаном? — спросил он, игнорируя провокации.
— Твой... компаньон? — Энцо слегка наклонил голову. — Он ушёл... на дно. Ты бы тоже мог оказаться там, но у тебя есть кое-что, что стоит дороже твоей жизни.
— Неужели я настолько важен? — Натан ухмыльнулся, ощущая скрытую панику старика.
— Не льсти себе, — Энцо встал, подойдя к стене. — Ты важен ровно настолько, насколько полезен. А если перестанешь быть полезным, ты умрёшь. Тихо. Без пафоса.
Он обернулся, его тень растянулась по комнате.
— Но пока ты нужен.
Энцо открыл дверь, а Натан остался один. Он понимал что они напуганы, Натан слишком долго наступал им на хвост, слишком многое знал и видел.
---
Ночь в Форт Грее была влажной, как дыхание зверя, укрывающегося в тенях. Город, сияющий окнами высоток и мерцающими вывесками, прятал свою гниль под мишурой огней. Ветер тянулся сквозь узкие улочки, подвывал в лабиринтах зданий, но не заглушал тихого стука ботинок, скользящих по крышам.
Винсент двигался быстро, почти беззвучно. Его тело было машиной, идеально выверенной, каждое движение выстроено для того, чтобы догнать и уничтожить. Черная рубашка, ещё недавно столь уместная на благотворительном вечере, теперь липла к его спине, мешала, душила. Закатанные рукава обнажали напряжённые предплечья, а воротник, расстегнутый на пару пуговиц, открывал ключицы, сверкавшие в свете луны. Его волосы, небрежно зачёсанные назад, разметались по ветру, но белоснежная маска оставалась неподвижной, плотно прилегающей к лицу.
Она была не просто его чертой — она была его сущностью. Лицо ангела, скрытое за холодным, бездушным фасадом.
"Она смела."
Мысль, обжигающая, как яд, стучала в его голове, с каждым шагом становясь громче.
"Она знала, кого нанимает. Знала, на что я способен. И всё же она врала."
Ноги легко касались бетонных крыш. Прыжок через узкий проём между домами — бесшумный, точный. Внизу улицы кишели машинами, неоновый свет вывесок отражался в мокром асфальте. Винсент даже не смотрел вниз — он знал, что никто там не поднимет голову.