Грегори выдержал её взгляд, его лицо оставалось непроницаемым.
— Роза, ты знаешь, я не мог. Орден не оставляет выбора. Даже для таких, как я.
Роза хмыкнула, отвернувшись. Её рука легла на плечо Эмилии, но та не отреагировала.
— Но ты же здесь, Грегори. Как всегда. С предложением, я полагаю.
Он вздохнул, отводя взгляд на свежую могилу.
— Я здесь, чтобы помочь вам. Мы оба знаем, что мир вокруг не станет ждать, пока вы оплакиваете Джеймса. Но у нас есть шанс. Эдгар и Эмилия... Их брак может изменить многое. Он укрепит наши семьи, спасёт их от угроз. Это то, чего хотел бы Джеймс.
Роза медленно повернулась к нему, её глаза сузились.
— Спасёт? Или скрепит сделку, которую ты пытался заключить годы? Ты говорил об этом с Джеймсом? О том, что его дочь станет частью твоей игры?
— Роза, — Грегори чуть повысил голос, но всё же сохранил сдержанность. — Ты понимаешь, что я пытаюсь уберечь всех нас. Если мы будем разрознены, Орден уничтожит нас. Это не игра. Это необходимость.
На мгновение Роза опустила взгляд, её губы дрогнули. Она знала, что он прав. Знала, что у неё больше нет выбора, но предательство этого осознания сдавливало грудь.
— Если бы ты действительно был ему братом, ты бы хотя бы попытался.
Грегори сжал кулаки, но ничего не ответил. Ему нечего было сказать. Он лишь молча посмотрел на Эмилию, которая, казалось, вовсе не замечала их.
— Я сделаю всё, чтобы поддержать вас, Роза. Всё. Но сейчас... сейчас я прошу тебя довериться мне.
Роза кивнула, но её глаза говорили больше, чем слова. Она доверилась, но это доверие было хрупким, как тонкий лёд.
---
Черная машина плавно двигалась по оживлённым улицам Форт Грея. За окном мелькали дома, витрины, люди, занятые своими заботами, их лица были покрыты серой дымкой повседневности. Тихий ропот города проникал сквозь закрытые окна, наполняя пространство внутри машины глухим фоновым шумом.
Роза Говард сидела, вытянувшись прямо, её руки лежали на коленях, сжимающие тонкую чёрную сумочку, словно это была единственная вещь, которая могла дать ей чувство контроля. Напротив неё — Эмилия, которая, облокотившись на дверь, смотрела в окно, но взгляд её был пустым, словно всё, что она видела, было иллюзией.
— Мы будем сильнее, Эмилия, — голос Розы нарушил тишину в салоне, низкий и спокойный, но с ноткой отчаяния, тщательно скрытой под маской уверенности. — Сейчас каждый наш шаг имеет значение. Каждый взгляд. Каждое слово. Ты должна помнить об этом.
Эмилия не ответила. Её взгляд остановился на оживлённой площади, куда вела дорога. Там шумела жизнь, не знающая горя семьи Говард. Уличные торговцы выкрикивали предложения, дети бежали через мостовую, и мужчины, возвратившиеся с ночной смены, лениво обсуждали дела.
Машина проехала мимо мясной лавки, чьи окна были покрыты тонким налётом пыли и потёками крови. У лавки стоял Рэйф Картер.
Когда машина поравнялась с лавкой, Рэйф поднял голову. Его взгляд встретился с глазами Эмилии, и в этот миг время словно остановилось.
Взгляд Рэйфа, когда-то тёплый и полный искреннего любопытства, теперь был тяжелым, наполненным болезненным осознанием, но в нём всё ещё можно было уловить ту самую искру, которая когда-то очаровывала её.
Эмилия вздрогнула. Она попыталась задержать дыхание, но грудь предательски вздымалась, выдавая её волнение. Рэйф отвёл взгляд зелёных глаз, словно этот момент выбил его из колеи.
Роза не заметила этой мимолётной сцены. Она была слишком поглощена своими мыслями.
— Тебе нужно научиться быть выше этого, Эмилия, — продолжала она, не глядя на дочь. — Твои чувства, твоя боль... они ничего не значат в этом мире. Здесь важны только дела. Мы не можем позволить себе слабость. Особенно сейчас.
Но Эмилия не слушала. Она всё ещё смотрела на лавку, которая быстро исчезала за углом. Сердце колотилось так, словно хотело вырваться наружу. Картина той ночи, когда он тянул её за руку через толпу, мелькнула перед глазами. Тогда всё казалось таким простым.
Сейчас между ними была стена. Глухая, холодная, непреодолимая.
Роза наконец повернулась к ней, заметив её странное состояние.
— Ты меня слышала? — её голос стал жёстче.
Эмилия оторвала взгляд от окна и посмотрела на мачеху.
— Да, слышала, — тихо ответила она, но голос её был настолько пуст, что это звучало как ложь.
Машина свернула за угол, оставив площадь позади, вместе с лавкой и Рэйфом. Но взгляд его, полный осознания и невыразимой тоски, остался с Эмилией, как эхо прошлого, которое она больше не могла игнорировать.
---
Рэйф Картер стоял снаружи мясной лавки, оперевшись на деревянную дверь. Его руки были в карманах грязного передника, который давно стал частью его образа, а взгляд блуждал вдаль, туда, где только что скрылась черная машина. Легкий ветерок шевелил его рыжие волосы, но он не обращал на это внимания. В голове царил хаос.