Он заставил себя говорить ровно:
— Его след простыл. Мы проверили палатки, опросили санитаров. Кое-кто, конечно, рано или поздно заговорит, но Бейн…
Пауза.
В динамике послышалось лёгкое движение — Зои, скорее всего, поправляла перчатки или подносила чашку кофе к губам.
— Бейн? — в её голосе не было удивления.
Кроуфорд невольно облизал пересохшие губы.
— Главный врач лагеря. Аннабель Бейн. Она покрывала его.
Наступила тишина.
Кроуфорд не знал, что хуже — её голос или его отсутствие.
Затем раздалось короткое «хм».
— И ты хотел её убрать?
Кроуфорд замер.
Зои никогда не задавала вопросы просто так.
— Если на то будет ваш приказ, мэм.
— Нет.
Он моргнул.
— Нет?
— Ты глухой, Кроуфорд?
Холодное раздражение в её голосе заставило его замереть.
— Не трогайте её. Следите. Она либо знает больше, чем говорит, либо Синклер ещё вернётся. Мне нужно знать каждое её движение.
Кроуфорд выпрямился.
— Понял.
— Хорошо.
Она вновь замолчала на пару секунд.
Кроуфорд почти почувствовал её улыбку — не добрую, не мягкую.
Змеиную.
— Ах да, ещё кое-что.
— Слушаю.
— Если ты снова облажаешься, я сдеру с тебя кожу и прикажу твоим людям сделать из неё бинты.
Связь оборвалась.
Кроуфорд остался стоять, слушая, как кровь стучит в висках.
Он стиснул зубы, сделал глубокий вдох.
Затем поднял голову и посмотрел на санитаров лагеря, сжавших плечи, как крысы, чующие бурю.
Приказ был ясен.
Аннабель Бейн теперь была под пристальным взглядом.
Глава 7
Кроуфорд провёл рукой по волосам, вглядываясь в мертвенно-серый экран связующего устройства, словно тот был виноват во всех его проблемах. Затем выдохнул и запрокинул голову к небу, с выражением лица человека, который всерьёз подумывает о побеге в далёкие края, где нет приказов, крови и начальства с садистскими наклонностями.
— Почему я, блять? — пробормотал он, морщась. — Почему именно мне досталась эта работа?
Он помассировал виски, будто мог физически выдавить из себя накопившийся стресс.
— Нет, серьёзно, какого хрена? Кто-то в этом городе живёт нормальной жизнью? Я вот тут в пять утра ищу призрака, слушаю, как меня грозятся пустить на бинты, а в это время где-то есть люди, которые просто… завтракают. Чувак где-то сейчас жарит яйца и хреначит кофе, а я? А я, блять стою посреди грязного лагеря, нюхаю вонь антисептиков и слежу за врачихой с синдромом матери Терезы!
Он махнул рукой в сторону санитаров, которые старались выглядеть незаметными.
— Вы - то хоть успеваете пожрать? Или тоже живёте на одном страхе и адреналине?
Один из санитаров, низкий паренёк с тёмными кругами под глазами, неуверенно кивнул.
— Ну… бывает…
— Вот и славно, — буркнул Кроуфорд. — А я, мать вашу, нет.
Он снова провёл рукой по волосам, разглядывая лагерь, стоя в углу.
---
Подвал был сырым, пропахшим бумагой, пылью и чем-то ещё — чем-то ускользающим, но знакомым. Может, страхом. Может, теми самыми призраками, которые здесь остались после Натана.
Аннабель стояла, скрестив руки, спиной к столу, заваленному папками и потрёпанными досье. Свет лампы бросал тусклое пятно на бетонный пол, длинные тени ползли по стенам, словно мрачные предзнаменования.
Она устало выдохнула, провела рукой по лицу.
Какого чёрта ты натворил, Натан?
Этот подвал был его святилищем. Его лабиринтом из улик, догадок и смертельных секретов. Здесь он хранил всё, что знал об Ордене, о людях, стоящих за кулисами. Здесь был его путь. Его крестовый поход.
Аннабель скривилась, усмехнувшись.
— Вот бы провалиться, — пробормотала она, глядя в потолок.
В воспоминаниях вспыхнуло солнце.
Тёплый осенний день. Школьный двор.
Она и Натан сидят на старых качелях, Итан стоит рядом, они пьют газировку из стеклянных бутылок, делая вид, что это пиво, и обсуждают своё великое будущее.
— Мы станем крутыми копами, — заявляет Натан, размахивая бутылкой. — Будем ловить мерзавцев, чистить улицы, надирать задницы плохим парням!
— Как в кино? — ухмыляется Итан, прищуриваясь.
— Как в кино, — серьёзно кивает Натан.
Аннабель, сидя рядом, смеётся.
— Только не говори, что хочешь себе значок и кожаную куртку, как в фильмах.
— О, ещё и очки, — подмигивает ей Натан. — Чтоб выглядело круто.
Итан кивает.
— А я хочу тачку. Чёрную. Чтобы, знаешь, врубать сирену и ехать на вызов, такой весь... брутальный.
— Ну а я, — Аннабель делает вид, что задумалась, а потом хитро улыбается, — наверное, буду вашим начальником.
Парни фыркают.
— Нифига, — качает головой Натан. — Ты же будешь с нами в патруле!
Она тогда только рассмеялась.