— Прямо под шлемом, на верхней кромке щита, лежит корона.
— Стоп, не гоните лошадей. Остановимся на этом символе поподробнее.
Покорно кивнув, я бойко затарахтела:
— В геральдике корона знаменует господство и внешне очень эффектна, по этой причине составители с большой охотой включают ее изображение в состав гербов, придавая этому символу власти самые разнообразные формы.
— Вы так считаете?
— Да.
— Ну-ну... Продолжайте далее.
— Наша корона имеет вид узкого обруча, украшенного множеством мелких зубчиков с шариками на концах. Скромность формы наводит на мысль, что владелец герба особым весом в обществе не пользовался, но тем не менее своим присутствием она сообщала всей композиции необходимую значимость.
— Все? А теперь послушайте меня. Корона действительно символизирует власть и широко используется в геральдике. Но, и это важно, она также может указывать на наличие титула у владельца. Короны бывают самые разные: баронские, герцогские, графские, императорские. Они действительно разнятся по форме, потому что точно обозначают титул того, кому принадлежит данный герб. В вашем случае на гербе помещена графская корона, а сие означает, что владельцу монаршей милостью был дарован титул графа.
Открытие было неожиданным и сводило на нет все мои потуги серьезно заниматься геральдикой. Это ж надо! Проморгать графскую корону! Удар по самолюбию был ощутимый, но я взяла себя в руки и как ни в чем не бывало продолжала:
— Теперь щит.
— Как же, как же! Помню! Ваш любимый элемент, — не удержался и подколол меня Михаил Яковлевич.
Зря старался. Его ехидство меня с толку не сбило. Я просто внимания на него не обратила и продолжала упрямо гнуть свою линию.
— Щит является центром любого герба, потому что именно на нем изображаются основные гербовые фигуры. В моем случае его поле разделено перпендикулярными линиями на четыре части. В верхнем левом и нижнем правом квадратах помещаются фигурки архангела Михаила. В верхнем правом углу изображен огнедышащий дракон с короной на голове, наискосок от него, в нижнем левом углу, располагается изображение старинной пушки на лафете с сидящей на ней райской птицей. В геральдике архангел Михаил с мечом считается знаком Рюриковичей, дракон символизирует силу и могущество, пушка является символом Смоленска. Ее присутствие на щите подразумевает, что свои корни данный род берет со смоленской земли, — бойко отбарабанила я и преданными глазами уставилась на учителя.
Моя покорность Щетинина не смягчила.
— И это все? — сварливо спросил он.
— Да.
— Не может быть, — фыркнул Михаил Яковлевич. — Посмотрите внимательнее. Раз есть графская корона, значит, должно быть и указание, кем из императоров этот титул присвоен.
— Нет здесь ничего, — уперлась я.
— Посмотрите хорошенько. Должен быть щиток с вензелем, — теряя терпение, прикрикнул Щетинин.
— Никакого щитка здесь нет.
— Возьмите лупу! — окончательно разъярился Михаил Яковлевич.
Раздосадованная, я выхватила из сумки лупу и припала к ней глазом. Миллиметр за миллиметром исследовав щит, пришла к выводу, что никаких не замеченных ранее деталей на нем нет. Крохотную точку на перекрестье разделяющих линий принимать за щиток было бы глупо, и я с чистой совестью объявила:
— Нет ничего.
— Совсем? — со свирепой ласковостью уточнил Щетинин.
— Только маленькая пупочка.
— Это не пупочка! Это щиток! — заорал мой наставник. — Просто миниатюрность изображения не позволила ювелиру придать ему требуемую форму!
— На картинке тоже нет ничего похожего на щиток, — упрямо стояла я.
— На какой картинке?
Я кивнула на книгу.
— Его там и быть не может! Вы рассматриваете дворянский герб, а нужен графский! Пролистайте дальше.
Проглотив обиду, я принялась торопливо переворачивать плотные страницы и через десяток-другой листов действительно нашла точную копию герба на часах. Но со щитком в центре. Злополучная фитюлька на деле представляла собой маленький щит, на золотом поле которого помещался двуглавый орел с вензелем Павла I. Подпись гласила, что данный герб принадлежит графам Денисовым-Долиным.
— Как же это? — прошептала я.
— Если позволите, я объясню, — медовым голосом проворковал Щетинин. — Вы, Анночка, слишком увлеклись щитами. Мне даже отсюда, из этого кресла, видно, что на том огрызке бумаги, что вы оставляли в вяземском архиве, нарисован только щит. Да еще без главного элемента! Щитка! Какого же результата вы ждали?
— Про щиток я даже не подозревала, а остальные детали казались мне несущественными, — пробормотала я.