-Не знаю, насколько важным оно покажется вам, но для меня мой роман - дело чести. - ответил де Линье, сделав ещё один глоток кофе. После этого напитка он чувствовал себя гораздо бодрее.
-Мой отец говорил, что вы занимаетесь литературой. - с интересом начала Марго. - Мне бы хотелось узнать, о чём ваша книга?
-Про роковую любовь королевы Марии Стюарт к амбициозному графу Босуэлу. Право, не знаю, будет ли это вам интересно. - смущённо произнёс де Линье. О своём творчестве он мог говорить лишь с самыми близкими и понимающими людьми, к которым его жена пока что не относилась. Вопреки ожиданиям Робера, Марго оживилась и спросила:
-Это исторический роман?
Робер кивнул.
-Там много вымысла. Знаете, я больше литератор, нежели историк.- он вздохнул и посмотрел на свою молодую жену. Марго ничего не ела, поскольку с интересом слушала Робера.
-Почитаете мне? - Марго аккуратно слизала с губ крем от эклера.
-Когда перепишу роман начисто, обещаю. - улыбнулся де Линье. Он был приятно удивлён интересом Марго к своей книге - В черновиках у меня столько зачеркиваний, что мне порой самому трудно разобрать, что я написал.
Марго улыбнулась: она не любила де Линье, но надеялась, что вскоре станет относиться к нему с уважением и по-дружески поддерживать.
-Знаете что, - казалось, Робера осенила какая-то идея, - было бы неплохо нам провести медовый месяц в Англии. Эта страна вдохновляет меня.
Марго переменилась в лице: в Англию ей не хотелось. Эта страна ассоциировалась у неё лишь с дождями и туманом, помимо всего прочего - её отец не любил Великобританию, так как сражался с англичанами.
-Мне кажется, это ужасно скучная страна. Кроме плохой погоды и грязной Темзы мы там ничего не увидим. - поморщилась Марго.
-Как вы можете судить страну, если никогда не были там? - спросил Робер. Марго было нечего ответить - ссориться с человеком, только став его женой, ей очень не хотелось. - А я видел Англию много раз и могу вас заверить, что она прекраснее, чем многие о ней думают.
****
-Лекарство, прописанное от сплина, кажется, не помогает тебе. Интрижка должна была развлечь тебя, а не погрузить в пучину раздумий и уныния. - сказал Арман д’Акор Филиппу, когда они вновь встретились в их любимом ресторане “Londres”.
-Я сам себя удивляю. - Филипп растянул губы в улыбке. - Я очаровывал, я очаровывался, но никогда не любил. Я не буду герцогом Шартрским, если не добьюсь от неё ответных чувств.
-Ну, мой друг, вы сумеете расположить к себе графиню де Линье. - начал Арман, с сожалением посмотрев на последний кусок свиного окорока. - Робер, как я слышал, к жене своей никаких чувств не испытывает, отец за Марго больше не следит.
Глаза Шартрского нехорошо заблестели. Цель достижимее, чем могла казаться:
-Ты вернул меня к жизни. - весело бросил он д’Акору. - Сейчас я напишу графине письмо. - он вздернул бровь и добавил: - Дамы признают, что в эпистолярном жанре я силён.
Филипп жил этой страстью. Он не мог ждать дольше. Письмо надо было написать именно здесь и именно сейчас,так как сейчас у него были в голове нужные слова. А они, к сожалению, имели обыкновение исчезать.
“Кажется, эта красавица не так проста, если сводит моего друга с ума. “-отметил про себя Арман.
-Дай перо, чернила и бумагу, Кристин! - расторопная официантка быстро исполнила просьбу герцога. Увы, перо было не так хорошо заточено, как его собственное, а бумага - похуже, чем та, на которой он обычно писал. Что ж, любовное послание всегда останется любовным посланием на чём бы оно ни было написано.
“Дорогая Марго,
Прекраснее Вас в Париже нет женщины. Вы - Королева.Вы - Богиня. Если бы вы знали, что Вы сделали с моим сердцем, Вы бы ужаснулись. Лёд растоплен. Я полностью во власти Ваших чар. Как мне приятно это ощущать. Сгораю в страсти как в пламени,подобное которому есть лишь в аду.
До встречи, моя богиня. Я всё же надеюсь увидеться с Вами.
Раб Вашей любви,
Филипп. “
Глава 12. Дела любовные
Филипп и д’Акор ещё долго просидели в трактире. Письмо было написано, перо отложено. Опьянение стало проходить. Шартрский принялся перечитывать своё любовное послание. Почему-то уверенность в том, что оно впечатлит Марго, исчезла, ведь она, как подумал герцог, не из тех,кто падок на лесть. К тому же он понял, что хотел написать что-то совершенно другое, ведь такие комплименты Филипп раздавал практически всем дамам, а это был особый случай. Герцог понимал и чувствовал это.