Глава 14. Брат и сестра
Комната была окутана полумраком. Лишь свечка освещала письменный стол Робера. Да и та сейчас была готова погаснуть. Марго никак не могла заснуть. Ворочалась под одеялом. Столько всего произошло на этом приёме. Они объяснялись с Филиппом, он вытащил розу из петлицы и подарил ей, намекнул на скорую встречу. А де Линье встретился с Викторией. И уже по дороге в экипаже рассказал ей об этом и упомянул, что она попросила писать. Марго радовалась: супруг тоже будет счастлив. Для любящих сердец не существует слова разлука. Мысли в голове блуждали - возникала то одна, то другая. Но они все были наполнены светом. Жаль лишь, что хорошие мысли не несли крепкий сон ни ей, ни де Линье. Он сидел в кресле и пытался то писать что-то, то дремать. Скрип пера мешал Марго.
-Я вижу, вам не спится. - нарушил мертвую тишину голос Робера.
-Так же, как и вам. - не то сонно, не то устало ответила Марго. Она не знала, встать ли ей с кровати или попытаться заснуть.
-Я тоже не могу ни уснуть, ни закончить роман. - Робер с досадой отложил перо.
-Прочтите его мне. Я бы очень хотела узнать судьбу королевы Шотландской.
****
Де Линье взял рукопись и принялся читать. С первых строк Марго погрузилась в его роман. Мария должна править Шотландией - мрачной страной. Она выходит замуж без любви за деспотичного лорда Дарнли. И вот роковая страсть - граф Босуэлл. Мария должна выбрать: или блистательный любовник или деспотичный муж. На этом интригующем моменте Робер остановился.
-Умоляю, граф, прочтите мне ещё. - воскликнула Марго.
Уставший Робер посмотрел на часы и сказал:
-Уже 3 часа ночи, графиня. Мой голос осип, а мне самому очень хочется спать. - поймав на себе капризный взгляд Марго, он добавил: - Сегодня днём я прочту вам ещё.
Марго пробормотала что-то неразборчивое в ответ, зевнула и погрузилась в объятья Морфея. Она спала как ребёнок - крепко и без сновидений. Часы на мрачном Тауре возвестили о том, что уже полдень. Лишь тогда Марго и Робер соизволили подняться с постели, одеться и неспешно позавтракать. Сегодня Лондон улыбался - последние летние лучики солнца золотили фасады домов. Робер сел в кресло и вновь стал читать Марго свой роман. Она слушала его с замиранием сердца.
****
Оставим пока чету де Линье в Лондоне и вернёмся к де Бланкам, оставшимся в Париже. Фредерик день ото дня изнывал от тоски и зависти к сестре, а отец часто бывал занят какими-то собственными делами и не уделял сыну того внимания, которого ему хотелось. Думая о том, как везёт Марго, он понимал, что неплохо бы ему жениться, чтобы так же, как и сестра, отправиться в путешествие в другую страну. Его супруга будет богатой и обязательно из древнего рода. На меньшее Фредерик не был согласен. Однажды, когда отец спросил его, почему он так печален, де Бланк честно высказал все свои мысли. Он не видел в этом ничего предосудительного.
-Тебе ещё рано жениться, сын мой. - отрезал отец. Затем, смягчив тон, добавил: - И прошу тебя - не завидуй никому, ведь ты не знаешь, что эти люди чувствуют на самом деле.
Де Бланк надулся, попросил прощения и снова погрузился в собственные раздумья. Граф считал, что военная карьера не для Фредерика, так как он слишком эмоционален, ленив и не такой выносливый, каким должен быть хороший солдат. Женить его пока что тоже не собирались. Значит, будущее Фредерика зависело только от него самого. При этой мысли де Бланк засиял.
-Все глупые мысли возникают от безделья. - сказал отец, посмотрев на кислую физиономию сына. - Барон де Котияр обещал мне лично вернуть занятые 350 ливров, но его недавно разбил паралич, а посылать слугу он опасается, так как сумма большая, а лакеи не всегда бывают честными. Сходи-ка к нему, друг мой.
Де Бланк крякнул от удовольствия. Барон жил неподалёку от квартала Марэ. А как было известно Фредерику, там имелись бордели, которые он втайне мечтал посетить.
*****
Этот старый и, по мнению де Бланка, невероятно скучный человек, не мыслящий жизни без очков прошамкал Фредерику любезности и протянул 350 ливров. Никогда де Бланк не держал таких денег в руках. Как приятен вид ассигнат, как радует глаз блеск монет. Он не обращал внимания ни на что кроме содержимого бархатного кошелька. Раньше следующего утра он не вернётся к отцу. Несколько шагов - и вот уже заветная вывеска. Фредерик шёл, куда его звали самые гнусные человеческие инстинкты.