***
От этого года не стоило ожидать ничего хорошего. Январь был снежным, холодным и печальным. 21 числа состоялась казнь короля, за которую проголосовал герцог. Как заблуждался Филипп, думая, что после этого о нём станут думать как об истинном патриоте. Его положение ухудшилось - республиканцы полагали, что герцог хочет вернуть монархию и занять освободившийся трон, а роялисты возненавидели его как цареубийцу. Даже сын Орлеанского Луи-Филипп отказался от общения с собственным отцом. В числе его немногочисленных сторонников остались Арман д’Акор и Марго. Герцог Эддингтон заявил, что он не может испытывать тёплых чувств к цареубийце.
-Конвент - это тот же Версаль. Только без дам. - как-то сказал Филипп.
-Они опять сплетничали? - Марго привыкла к тому, что с заседаний он возвращался в плохом настроении.
Герцог кивнул головой.
-Они сказали, что я сожительствую с аристократкой, тогда как рядом с Равенством может быть лишь Свобода.
Марго поняла его с полуслова. Она откажется от всех своих титулов и станет гражданкой Либерте. Она докажет свою лояльность новому режиму, если это так важно Филиппу. Коммуна поменяет ей имя точно так же, как и ему.
***
Самое страшное было позади. Она поклялась на Конституции в присутствии членов Коммуны быть достойной дочерью Республики, разделять все революционные идеалы и презирать монархию так же, как римляне презирали Нерона. Голос Марго не дрогнул, пока она говорила. Ей казалось, что она хоть немного сумела убедить этих революционных фанатиков в том, во что она не верила сама. Её дом в английском стиле, подаренный герцогом, становился государственной собственностью. Как бы Марго не любила его, ей пришлось пожертвовать хоть что-то в пользу Революции. Для неё это было унижением, она не хотела делать этого, но это было нужно Филиппу. Этот жест доброй воли мог бы спасти её, а мысль о том, что это спасёт герцога, придавал ей сил. В конце концов, она понимала, что ради любви готова пойти на многое.
-Что ж, я стала гражданкой Либерте. Я больше не аристократка. - грустно сказала Марго.
-А ты ценишь эти привилегии? Ты хочешь быть дворянкой? - герцог растягивал эти слова так, будто получал удовольствие, когда говорил их.
Из её глаз потекли слёзы. Совершенно внезапно.
-Я отвергнута аристократами и чужда республиканцам.
-Зато ты нужна мне, Марго. - Филипп обнял её. Это не было проявлением страсти или плоского желания. Он хотел утешить и отвлечь её.
-И Людовике. - тихо сказала Марго. Мысль о дочери вернула её к жизни. Ведь она нуждается в заботе Марго - что бы не случилось с ней, у Людовики должна быть хорошая судьба. Она достигнет того, чего не смогла достичь её мать.
****
Филипп стал часто отлучаться куда-то в последнее время. То в домах свиданий он отвлекался от тягот политической жизни, то он сосредотачивался на том, как вернуть себе прежний авторитет. Марго несмотря на всё любила герцога и не уделяла внимания его частым отлучкам. Был час ночи. Людовика уже видела десятый сон, а Марго никак не могла заснуть. Она вслушивалась в тишину, ворочалась под одеялом. Странное чувство: с одной стороны, ей хотелось спать, с другой - нет. Она закрывала глаза, но они сразу же открывались.
Отсутствие герцога её не слишком волновало, так как часто он возвращался с первыми лучами солнца. Что-то скребло внутри. Она чувствовала, что её не покидает какое-то нехорошее предчувствие. Наконец мог сморил её, и Марго задремала.
-Мадам, мадам! - вбежала в комнату перепуганная служанка. Её крики заставили Марго проснуться:
-Что случилось, Грейс? - спросила она, открыв глаза.
-Там люди. Гвардейцы. Им что-то нужно от вас. Они сказали, если вы не откроете, то они дверь сломают и всё равно войдут. -Грейс запиналась, отчего её речь становилась неразборчивой, но страшный смысл этих слов дошёл до Марго. Быстро поднявшись с кровати, она накинула ажурный халат и вышла в хол.
***
-Что у вас за дело ко мне, граждане? - Марго едва скрывала волнение. Она не понимала, зачем эти люди посреди ночи явились в её дом.
-У нас есть ордер на обыск, гражданка. Есть сведения, что вы вовлечены в контрреволюционные заговоры. - хрипловатым голосом начал Фабьен.
Марго поморщилась, но ничего не ответила. Гвардейцы рылись во всех ящиках её письменного стола. Ничего не найдя, они по требованию дотошного Фабьена даже стали искать бумаги в шкафу, где хранились её наряды.