С 1667 по 1725 годы в Пале-Рояле проходили первые в истории художественные выставки. В начале XVIII века дворцовые апартаменты были обновлены в стиле рококо. Эти интерьеры были уничтожены после революции, в 1784 году, когда на месте части дворца было возведено здание театра для размещения Комеди Франсез.
4.Мари-Жанна Бертен - более известная как Роза Бертен, прозванная «Министр Моды» (2 июля 1747, Абвиль, Франция — 22 сентября 1813, Эпине-сюр-Сен, Франция) — модистка французской королевы Марии-Антуанетты. Считается одним из первых французских модельеров и дизайнеров; благодаря своему таланту пользовалась популярностью у высшей придворной знати Франции вплоть до Революции.
Глава 4. Долгожданная встреча
Говорить про торговлю друзьям надоело, а потому герцог и д’Акор принялись обсуждать Людовика XVI. Это была одна из их любимых тем, причём с незапамятных времён.
-Так вот, король долго принимал графа де Бланка, героя войны за независимость. Такая важная персона, что я ничего о нём не слышал! - возмутился Филипп, принявшись за вторую бутылку шампанского.
-Граф де Бланк? - навострил уши Арман д’Акор. - Я слышал, что у него есть дочь. И она на днях приехала к отцу из Лиможа. А он сам, как мне кое-кто рассказал, просил у короля возможности выйти в отставку и даже получил пенсию.
-Из Лиможа? Значит, провинциалка, и глупа, точно мольеровский Пурсоньяк. - воскликнул Шартрский.
-И, наверное, ещё невероятно тщеславна. Думает, что в Париже её сразу же примут за истинную аристократку и оценят её манеры. - далее д’Акор перечислил все женские недостатки, которые он только знал.
-Тебе не известно, сколько ей лет, брат мой? - прервал его Филипп.
-Мне неизвестен её точный возраст, но я слышал, что она юна. - ответил д’Акор.
-Весьма печально, иначе я мог бы увлечься ей. - с ноткой грусти заметил герцог.
-Тебе не повредила бы ещё одна интрижка. - улыбнулся Арман, поглядывая на опустевший стол. Все яства были съедены, шампанское выпито, а он сам - сыт.
-Видишь ли, брат мой, недоступной красавицы на горизонте не предвидится, а пейзанки сейчас не влекут меня. - видимо, шампанское неожиданно повергло герцога в уныние. - С другой стороны, ты прав. Для француза любовь так же необходима, как и воздух, которым он дышит. Интересно, - вдруг спросил он, - а этот граф де Бланк явится на маскарад, который через две недели дают в Опере?
-Я полагаю, да,причём вместе со своей дочерью. - Арман хитро подмигнул Шартрскому. Казалось, он на что-то намекал.
*****
До того, как король удостоил графа де Бланка своей аудиенцией, его ждало ещё одно радостное событие, а именно - встреча со своими детьми - дочерью Марго и сыном Фредериком. Они не виделись очень давно - с тех пор, как граф овдовел и от горя отправился на войну отстаивать независимость Америки, а их отправили к дяде и тёте в Лимож.
Он думал, что должен героически погибнуть, ибо не представлял себе жизни без супруги. Однако Судьбе было угодно распорядиться иначе - война оживила его, подарила много новых друзей. Он, казалось, забыл про горе и увлекся совершенно иными вещами. Так продолжалось, пока в 1781 году де Бланк не получил серьёзное ранение. Едва граф выздоровел, он изьявил желание сражаться дальше, однако главнокомандующий Джордж Вашингтон счёл, что несмотря на его доблесть он должен покинуть армию и вернуться к своей семье.
-Но, мистер Вашингтон, я прекрасно себя чувствую. Я готов до последней капли крови бороться за свободу Америки. - воспротивился де Бланк.
-Я ценю вашу преданность и пыл, мой друг, но я не хочу, чтобы ваши дети остались без отца. - мягко сказал Вашингтон. - Поэтому я приказываю вам вернуться во Францию и просить вашего короля отправить вас на заслуженный отдых. А с англичанами мы уж как-нибудь разберёмся сами. - улыбнулся он.
Граф де Бланк не посмел более возражать своему командиру, к тому же ему очень хотелось встретится со своими детьми.
******
-Как я рад, что мы возвращаемся в Париж. В этом городе, пожалуй, я когда-нибудь сделаю себе карьеру. - радовался пятнадцатилетний юноша. Это был симпатичный молодой человек с кудрями пшеничного цвета, правильными чертами лица и голубыми глазами, в которых читалось честолюбие.
-Знаешь, мне кажется, будто бы я и не покидала Париж. Он всё время встаёт перед моим мысленным взором. - мечтательно заметила его сестра - Марго. Она была старше брата на два года и гораздо рассудительнее его. Внешностью Марго походила на свою мать, уроженку Восточной Пруссии - рыжеволосая, зеленоглазая, высокого роста и с осиной талией, при которой не нужен был никакой корсет. В ней странно совершенно гармонировали две натуры - прусская и французская. Педантичная, любящая точность до мелочей, она одновременно была темпераментной и романтичной как настоящая француженка.