Применить мои советы на практике. С незнакомцем.
Затем ее взгляд перемещается с меня на Дилана.
И черт.
Конечно, это он. Конечно же, он здесь.
Челюсть напрягается прежде, чем я успеваю взять себя в руки.
Я вхожу в комнату. Ее глаза встречаются с моими на полсекунды — пораженные, неуверенные, — а затем опускаются.
Я ничего не говорю и проскальзываю мимо нее, чтобы не натворить глупостей, например, не утащить ее в коридор и…
Кулаки сжимаются.
Я подхожу ближе. Незаметно вливаюсь в круг, ни с кем не здороваясь. Сразу ощущаю напряжение, взгляды и ожидание. Мне все равно. Все мое внимание приковано к Айви, которая стоит чересчур прямо, нервно переплетая пальцы.
Я так сосредоточен на ней, что даже не вникаю, какую очередную глупую игру Харлоу придумала для нас на этот вечер.
Пока Дилан не спрашивает Айви, хочет ли она сыграть.
Она снова смотрит на Дилана.
Что-то неприятное сжимается у меня в груди.
— Уверена, у нее есть друзья, с которыми она может пойти…
Мои губы автоматически размыкаются: «Да ладно, Айви, садись рядом со мной».
Она замирает. Затем словно сдувается — я вижу, как опускаются ее плечи. Она направляется ко мне, но Харлоу нарочно подталкивает ее к Дилану и занимает ее место. Кулаки у меня на коленях сжимаются.
Бутылка крутится.
Я на нее не смотрю.
Харлоу отходит от меня, и я облегченно выдыхаю, но взгляд по-прежнему не отрывается от Айви.
Она нервничает. Я это чувствую, по тому, как она задерживает дыхание, по тому, как ее взгляд то и дело мечется к двери, будто она просчитывает пути к отступлению. Ей здесь не место. Не так. Не среди людей, которые ее не знают.
Не с ним. Дилан наклоняется и шепчет что-то, отчего Айви улыбается. Я прищуриваюсь.
Ее взгляд встречается с моим. Я отворачиваюсь, заставляя себя расслабиться. Она мне не принадлежит.
Несколько минут спустя Харлоу возвращается, и когда она протягивает бутылку Айви, мне почти хочется выхватить ее и увести Айви подальше от всех.
— Твой ход, Ава.
— Айви, — тихо поправляю я.
— Я это и сказала.
Я закатываю глаза, пока Харлоу фыркает и пытается подтянуть юбку повыше.
— Крути ее.
Айви колеблется, прежде чем взяться крутить бутылку.
Мне стыдно признавать, насколько пристально я слежу за этой бутылкой.
Бутылка замедляет ход.
Кто-то смеется.
Блэйк открывает рот, говорит какую-то глупость, кто-то отвечает — и прежде, чем я осознанно решаю что-либо сделать, я уже на ногах.
— Я возьму ее.
Я не даю никому времени возразить. Хватаю бутылку, хватаю Айви за руку и поднимаю ее на ноги, прежде чем она успевает запротестовать. Ее пальцы инстинктивно обхватывают мои, и одного этого жеста почти достаточно, чтобы сбить меня с толку.
Когда мы двигаемся, в комнате становится тихо.
Хорошо.
Я хочу, чтобы они замолчали.
Дверь кладовки захлопывается за нами, погружая нас в тусклый свет и спертый воздух. Пахнет духами, пылью и алкоголем. Пульс грохочет у меня в ушах.
Айви прижимается к стене, широко раскрыв глаза.
— Что ты делаешь? — шепчет она. — Ты не обязан…
Я заставляю себя отступить на шаг.
Приходится.
— Я не позволю тебе практиковаться с каким-то случайным парнем, — говорю я напряженным голосом. Слишком напряженным. — Лучше я приму удар на себя, чем буду смотреть, как ты с ним.
Лучше я справлюсь с гневом Леона… Но этого я не произношу.
Она качает головой, сбитая с толку:
— Но…
— Ты была права, — перебиваю я, потому что, если дам ей договорить, могу потерять самообладание. — Тебе действительно нужно практиковаться. Одного чтения недостаточно. Тебе нужно больше.
Ее дыхание сбивается.
Правда повисает между нами — опасная и обнаженная.
Прежде чем я успеваю передумать, я делаю шаг ближе, и рука сама тянется к ее щеке. Ее кожа теплая. Мягкая. Она невольно подается навстречу моему прикосновению, прежде чем осознает, что делает.
— Тебе нужно больше, — тихо добавляю я.
Отступаю ровно настолько, чтобы вдохнуть.
— Что именно? — ее слова звучат тихо, почти благоговейно.
— Почувствовать, каково это. Тебе не нужен какой-то случайный парень, чтобы этому научиться. Я покажу тебе.
Ей не нужен тот, кому все равно.
Она шепчет мое имя.
И, блядь… услышать его так — это что-то делает со мной, для чего у меня не находится слов.
Но она качает головой, отказ уже вертится у нее на языке. Я это чувствую.